При мысли об отце ее охватила грусть, но она заставила себя не думать о том, как он лежал на полу, а кровь лилась из его ран, невидящие глаза смотрели в потолок. Отец хорошо обучил ее, слишком хорошо, как обычно говорила ее мать, он увидел в дочери такой же острый ум, как у него самого. Трелла надеялась когда-нибудь отомстить за его смерть. Но теперь у нее не осталось слез, чтобы оплакивать родителей или собственные несчастья.

Ей нужно было выяснить все про этого варвара, и как можно быстрее. Он может быть сильным бойцом и иметь опыт участия в сражениях, но ей требовалось знать, достаточно ли у него ума, чтобы продержаться до встречи с варварами, не то что отбить их атаку. Это волновало ее больше всего. Завтра она выяснит гораздо больше о своем новом хозяине. Теперь ее будущее зависело от него.

С сегодняшнего вечера она принадлежит солдату, да к тому же еще и варвару, значит, ее положение лишь немного выше, чем у женщины, пристроившейся к воинской части, или проститутки. Однако если Эсккар преуспеет как начальник стражи и возглавит оборону Орака, то и он, и она несоизмеримо поднимутся в глазах окружающих. Хотя она знала, что даже этого подвига может оказаться недостаточно, чтобы смыть клеймо чужеземца и варвара.

Тем не менее, если Никар увидел что-то стоящее в этом человеке, то ей также следует это поискать. И любое место лучше, чем дом Никара, где его отвратительный сын лапал ее при каждой возможности. Днем она выполняла обязанности служанки, и скоро отец передал бы ее сыну, а потом ее отдали бы слугам. Даже жизнь рабыни варвара лучше такого существования.

Трелла удивилась тому, как варвар вел себя с ней. Мать предупреждала ее о боли в первый раз, но боль она чувствовала только одно мгновение, а страх превратился в удивление и удовольствие. Он отнесся к ней нежно, гораздо более нежно, чем она ожидала, а от своей реакции на него она даже смутилась. Трелла знала, что вела себя бесстыдно, и до сих пор чувствовала между ног влагу, которая снова заставляла думать об ощущениях, охватывавших ее тело быстрее, чем она могла их контролировать.

Наконец мысли замедлились, и она начала засыпать, думая о мужчине рядом и о том, что завтра она начнет новую жизнь рабыни этого выскочки, нового начальника стражи. Это была не та жизнь, к которой она готовилась, которую они с отцом часто обсуждали, пока он ее обучал. Вместо помощи какому-то богатому и могущественному торговцу теперь ей придется помогать этому грубому солдату отразить вторжение варваров. Чем больше она думала об этой задаче, тем больше она ее пугала и обескураживала.

Трелла была слишком молода, ей было всего четырнадцать с половиной лет, но ей следовало попытаться. Оставалось надеяться, что отцовских уроков окажется достаточно для преодоления неопытности.

Кроме того, даже Эсккар признал, что никто никогда раньше не отражал атак варваров, поэтому, возможно, новый хозяин послушается ее совета. Трелла решила, что должна использовать все, чему научилась, а также и свое тело, чтобы он держался рядом. Она ему потребуется больше, чем он предполагает, как и сказал Никар.

А если Эсккар добьется успеха, то только боги знают, что им может принести будущее. В предстоящие дни их ждет много работы. Последней мыслью перед тем, как она наконец погрузилась в сон, стала мысль о завтрашней ночи. Она снова будет лежать в его постели и его объятиях, и на этот раз не будет страха, только удовольствие.

Эсккар резко проснулся от стука в дверь. Рука потянулась к мечу, когда он садился. На мгновение он пришел в замешательство из-за незнакомой постели и обстановки, пока не вспомнил события прошлой ночи. Стук усилился, и дверь уже содрогалась на слабых петлях, которые ее еле держали.

— Боги, прекратите этот шум! — закричал он. — Кто там?

— Гат, командир! Вставай! Пришел посыльный от Никара!

— Будь проклят ты и все боги, — пробормотал Эсккар, затем сказал громким голосом: — Сейчас буду!

Эсккар бросил взгляд на маленькое окошко, прикрытое куском кожи. На земляной пол пробивался яркий солнечный луч. Почти час после рассвета. Ему следовало уже давно встать. Из-за вчерашней хорошей еды и удовольствия, доставленного женщиной, он глубоко заснул и сейчас чувствовал себя прекрасно отдохнувшим. Он уже и не помнил, когда так крепко спал.

Эсккар встал и посмотрел на пустую кровать. Трелла исчезла, ее плащ не висел на крючке. Несомненно, сбежала, приняв его за дурака. Но воспоминание о прошлой ночи вызвало улыбку. Он внимательно осмотрел кровать и увидел небольшое пятно крови, оставшееся от ее девственности. Ну, сейчас у него нет времени на девушку.

Он быстро оделся, открыл дверь и, пристегивая короткий меч, уже выходил из комнаты. На улице он прищурился от яркого солнечного света. Гат ушел, но его ждали двое мужчин. Эсккар узнал старшего — это был один из доверенных слуг купца. Второй оказался значительно моложе и вооружен коротким мечом. Вероятно, это был телохранитель, нанятый Никаром. Лицо старшего мужчины явно выражало нетерпение.

— В чем дело? — проворчал Эсккар. “Никар решил все отменить? Или потребовать возвращения рабыни?” — пронеслись мысли.

Слуга шагнул вперед и кивнул с самым легким из возможных поклонов.

— Никар просил передать, чтобы ты пришел к нему завтра в полдень.

Слуга помолчал, затем, не дождавшись от Эсккара ни слова, продолжал говорить:

— Я должен передать тебе вот это.

Он протянул небольшой кошель, в котором приятно позвякивало. Эсккар взял его из рук слуги.