— На вас.

— Я же сказала «вещь». Ну подумайте, что бы вам хотелось взять с собой?

— Простите, я, кажется, пролил немного.

— Нет, нет, это я виновата, толкнула вас. Не трогайте, я уберу сама. Итак?

— Вы загадка для меня, Галли. Хорошо, только не смейтесь. Я выбрал бы механическое пугало, которое стоит у вас в саду.

— Поэтому вы мне и нравитесь! Этого монстра я изготовила сама, когда была маленькой, несколько месяцев назад.

Она звонко расцеловала его в обе щеки и соскочила с дивана.

— Хотите послушать музыку?

Не дожидаясь ответа, Галатея включила приемник. Тихая музыка заполнила комнату. Валера взглянул на часы.

— Ваши гости демонстрируют верх светских приличий.

— Что вы хотите сказать?

— Меня пригласили к восьми. Прошел час, а остальных все еще нет.

— Они уже были.

— А мне казалось, я пришел раньше всех.

— Так оно и есть.

— Неужели мы…

— Вы угадали.

— Но вы говорили о приглашении к ужину, Галли.

— Почему бы нам не устроить ужин, когда бы вы ни пришли?

— Значит, кроме нас с вами, никого не будет?

— Могу пригласить еще кого-нибудь, если вам со мной скучно.

— Вы прекрасно знаете, что я совсем не то хотел сказать.

— Да? А что же?

— Я… — начал Валера и тут же умолк.

— Продолжайте же, смелее, — поддразнивала она его.

Он перестал сопротивляться этому влечению. Пожалуй, впервые за всю его бурную светскую жизнь женщина полностью подчинила его себе. Он тихо произнес:

— У меня из головы не выходит старая песенка: «Моя девчонка мне под стать, другой такой мне не сыскать».

Галатея покраснела и, пытаясь скрыть охватившую ее дрожь, начала усиленно изображать гостеприимную хозяйку.

— Сейчас будем ужинать, — поспешно сказала она. — Бефстроганов, картофель с грибами, салат, лимонный пирог, кофе. Вино Mouton Rothcschield. Мы не будем подниматься в столовую, Тони. Я все устроила здесь. Помогите мне.

Вместе они придвинули карточный столик к самому краю мраморного бассейна, поставили расписные венецианские стулья. Они были одни в пустом доме, и это усиливало ощущение близости между ними.

Галатея уже расставила настоящий споудовский фарфор [140] , разложила датское серебро. Оставалось сделать последние штрихи. Она вытащила пробку из бутылки бордо и налила чуточку в бокал Валера.

— Попробуйте, Тони. Я давно подозреваю, что все эти россказни о том, как нужно определять букет вина, сплошное притворство, но полагаюсь на ваш опыт. Что скажете?

Он сделал глоток и закатил глаза от удовольствия.

— Потрясающе. Ваши комментарии, Галли, неподражаемы. Садитесь за стол и выпейте со мной. Прошу вас.

Он наполнил ее бокал.

— Подождите, — смеясь, запротестовала она, — сначала представление. Я упросила мастеров сделать подсветку в бассейне. Недаром мне хотелось поужинать с вами именно здесь. Смертельный номер «Двадцать акул на эстраде»!

Она подбежала к стене, нажала на выключатель.

Что-то щелкнуло, и бассейн запылал, словно поток раскаленной лавы, в котором сверкающими угольками проносились рыбы, исполнявшие фантастический танец.

Галатея села напротив своего гостя и подняла бокал. Валера с улыбкой посмотрел ей в глаза.

— Моя девчонка мне под стать, — начал мурлыкать он и замер, впившись взглядом в ее лицо. Еще секунда — и он вскочил на ноги, едва не опрокинув стол.

— Тони! — Она в ужасе отпрянула.

— Ах ты потаскуха! — взревел он. Лицо его потемнело. — Где телефон?

— Что с вами, Тони?

— Где у вас, к чертовой матери, телефон? Быстро, а то я тебе шею сверну.

— Т-т-там. Я… я не понимаю…

— Сейчас поймешь. Он нажимал на кнопки.

— Вы у меня все в этом гнусном зоопарке сейчас поймете. Одурачить меня решили? Нашли идиота!

Гнев его, напоминавший худшие из приступов Мэнрайта, был ужасен.

— Алло, Ларсен? Это Валера. Не жди, пока экран включится. Действуй срочно. Вызови службу безопасности. Прочесать город. Во что бы то ни стало найти этого подонка. Имя Реджис Мэнрайт. Правильно, Мэнрайт. Даю тебе полчаса. Через полчаса он должен быть у меня или…

— Я знаю, где он сейчас, — выдавила Галатея.