— Вот и я про то же, Чик! Меня парни просили с тобой поговорить, без тебя нам точно хана. Вернулся?

— Подожди, подожди… — раб задумался, — если я притягиваю тварей, то вам лучше держаться от меня подальше. Большой разницы нет — четверо или пятеро…

— Не-а. Мне наемники рассказали: чем меньше группа, тем реже возвращаются, и неважно, убивают раба первым или нет. Нам еще повезло, что нас пятеро. Так что, друг, я рад, что ты вернулся. Точно в порядке? — снова пристально посмотрел на Чика.

— Это необходимо Служению, я в порядке. А выпью эликсира, буду еще лучше.

— Мы надеемся на тебя, все ребята. А перед походом обязательно напоят! Я слышал — на днях, — закончил упавшим тоном. Страшно.

— Скорей бы! — Чик сказал это совершенно искренне.

«Он все же опомнился, — подумал Архип, тяжело вздыхая, — вон как в лес засобирался. Эх, вернуться бы!» — Предчувствия одолевали самые нехорошие.

В палатке Чик снова отмалчивался, ответив только самому беспокойному, Кастору:

— Да в порядке я, в порядке. Служение требует отдыхать, мне надо ложиться.

Кастор с каждым днем, с приближением неизбежного похода, смурнел все больше и больше. Все переживали, но трусоватый Кастор в особенности.

Как ни жди, как ни готовься к неприятностям, они всегда неожиданны. Вот и этим утром сигнал «тревога» прозвучал внезапно. Все мгновенно поняли, что к чему, и сердца как новобранцев, так и опытных разведчиков затрепетали в волнении. Пора. Сохраните нас, все боги вместе взятые!

Пятерка Чика, похватав оружие, побежала было на построение, но была остановлена взволнованным Эзолом:

— Куда, бараны, некогда строиться! Бегом к храму знаки на оружие наносить!

Дружно развернувшись, рекруты двинулись к временному храму Лоос. Он состоял из мраморной статуи Древа, окруженной идеально круглой стеной густого кустарника, которую жрицы вырастили буквально за полдня.

Десяток срединных и средних (ранг между младшей и срединной) жриц сидели на подогнутых под себя ногах на деревянных возвышениях перед импровизированными столами. На столах стояли деревянные пузырьки. Частью заткнутые пробками, частью открытые. Глаза жриц полузакрыты, сами они в состоянии транса. К каждой тянулась очередь, каждая принимала один вид оружия. Меч, щит или стрелы.

— Быстро раскидали оружие, — скомандовал незнакомый разведчик — распорядитель, — мечи одному, щиты другому, стрелы третьему. Пошевеливайтесь! — При этом показывал пальцем кому что. Чтобы не суетились попусту.

Чику достались щиты, и в помощь вызвался Саргил. Очередь подошла скоро, раб быстро положил перед средней жрицей первый щит. Вдруг она вздрогнула и медленно, как это бывает в заторможенном состоянии, начала поднимать голову. Сердце Чика заломила тревога, и он плавно-быстро, почти как каган, шагнул назад и спрятался за Саргила. Жрица уставилась на рекрута пустым взором, секунду помедлила и опустила голову, одновременно поднимая в руке деревянный пузырек. Запела-зашептала и на самой высокой ноте капнула в центр щита. Прозрачная жидкость неуловимо быстро растеклась по поверхности, мигнула зеленым светом, и на щите остался знак. Непонятная вязь темных округлых линий, отдаленно напоминающих арабский алфавит. Жрица отодвинула готовый щит в сторону и замерла в ожидании. Саргил подсуетился, забрал его и положил новый. Он не сказал другу ни слова и почти не удивился странной реакции жрицы. А Чик тем временем уже находился в безопасном, как он надеялся, удалении и вытирал вспотевший лоб. Страх перед возможным возвращением старого Служения затмевал реальный страх перед лесом. «Скорей бы!» — взмолился он непонятно кому.

— Парни, кто знает, почему раньше знаки на мечи не наложили? — недовольно спросил Ермил во время построения. — Устроили беготню.

— Потому что, о кладезь мудрости, он только день продержится, — ответил Архип, любовно глядя на блестящий ярче обычного меч. Вздохнул, увидев быстро приближающегося десятника, и вложил оружие в ножны.

— Ага, ты, можно подумать, мудрец! — проворчал Ермил и тоже подтянулся.

Волновались все, кроме Чика. Он, наоборот, стремился в пятно, лишь бы подальше от жриц, но внешне проявлял обычное рабское рвение.

— Вот что, парни, — обратился к ним Эзол. Впервые как к своим. — Бегом на подводу, вон подогнали уже. Довезут до места, оттуда задача — углубиться в лес на две мили, направление строго на запад. Ориентир места — излучина оврага с речкой. Спускаться не советую. Пробыть на месте до первой вечерней четверти, и назад. Задача ясна? Тогда удачи. Да смилостивятся ваши боги! И запомните, на всех вас метки, будут следить.

Управляла двумя борками повозки самолично средняя жрица. Лихо свистнула, и быки побежали. Именно побежали, а не пошли быстрым шагом — где это видано?

— Волнуетесь, ребятки? — обернувшись назад, заговорила нежным голосом. Выглядела, как все лооски, девушкой-красавицей, но говорила, как заботливая родная мама. — Держи, раб, эликсир, — передала через Ермила глиняный пузырек. Сказала спокойно, без тени превосходства. Скорее участливо. — Выпей. Я знаю, тебе нелегко.

Чик принял его с благоговением.

— Благодарю, госпожа! — и сразу присосался к горлышку.

В конце повозки он оказался совершенно случайно. Бежал, стремился поближе к госпоже, но споткнулся о неуклюжего Саргила и отстал. Жрица это прекрасно видела, как раз следила за погрузкой. Теперь он буквально ел госпожу глазами, но не пересаживаться же из-за такой малости.