— Ты должна помнить Денниса Маги, уехавшего в Америку. Конечно, никто из нас не видел, как он покинул Олд Пэриш, ведь это было пятьдесят лет назад, а мы тогда еще не родились или были совсем маленькими, как я. Но слышать ты уж точно слышала и о нем, и о том, как он сколотил состояние в Нью-Йорке на земельных участках, строительстве и всем прочем.

Уютно устроившись на кухне О'Тулов, Кейти Даффи смаковала глазированные пирожные — если честно, ванили в креме могло быть побольше — и пила маленькими глоточками чай. Привыкнув барабанить десяток слов там, где любому другому хватило бы одного, Кейти не замечала рассеянности подруги и самозабвенно выкладывала самые горячие новости Олд Пэриша.

— Деннис дураком не был. Так говорили все, ктоего знал. А женился он на Мэри Клуни, родственнице моей матери. И Мэри была далеко не дурочка. В общем, уплыли они за океан со своим сыночком — он еще здесь родился — и отлично устроились в Америке. Видишь ли, Молли, Старая Мод была помолвлена с братом Денниса, Джоном Маги, с тем, что погиб на войне. — Кейти слизнула глазурь с пальца. — Похоже, за все эти полвека тот Деннис ни разу не приехал ни в Ирландию, ни в родные места, по у его сына, Денниса-младшего, тоже родился сын, и вот этот сын точно смотрит в нашу сторону.

Кейти примолкла, и Молли покорно подала ожидавшуюся от нее реплику:

— Неужели?

— Истинная правда. Он заинтересовался Ардмором. Планирует построить здесь театр.

— Да, верно. — Молли помешала свой нетронутый чай. — Бренна что-то говорила. — Размышления не помешали Молли заметить, как расстроилась Кейти, и она поспешила ее утешить. — Но подробностей я не знаю.

Кейти воспряла духом.

— Не переживай, я тебе все доложу. Маги из Нью-Йорка и наши Галлахеры заключили сделку. Ходят слухи, что театр пристроят к пабу. Если я правильно поняла, это будет музыкальный театр. Ты только представь себе, Молли, музыкальный театр прямо в Ардморе, и Галлахеры — его совладельцы.

— Приятно слышать, что и от наших будет что-то зависеть. Ты случайно не знаешь, приедет ли в Ардмор младший Деннис?

— А почему бы ему не приехать? — Кейти откинулась на спинку стула, взбила прическу. Неделюназад племянница сделала ей перманент на дому, и Кейти была очень довольна. Каждая кудряшка скручивалась туго, как солдатская скатка. — Однажды летом Деннис уже приезжал сюда. Мы были молоды и легкомысленны и флиртовали друг с другом. — Глаза Кейти затуманились счастливыми воспоминаниями. — Он тогда отправился в Европу и захотел посмотреть места, где родились его родители и он сам провел первые годы своей жизни. Красивый был парень Деннис Маги, насколько я помню.

— Насколько помню я, ты флиртовала с каждымсимпатичным парнем, пока не ухватила своего единственного.

Кейти ухмыльнулась.

— А зачем же еще быть молодой и легкомысленной?

У Молли было много причин для беспокойства, в том числе и эта, а потому она выдавила слабую улыбку и больше не прерывала болтовню старинной подруги.

Молли не сомневалась, что ее старшая дочь не только флиртует с Шоном Галлахером. Не страшно, ну, не очень страшно. Беда в том, что Бренна не говорит об этом с матерью. Молли растила своих девочек в уверенности, что они могут поделиться с ней чем угодно.

Она точно знала, когда влюбилась ее Морин. Дочка прибежала вечером домой раскрасневшаяся, смеющаяся, изумленная случившимся с ней чудом. Когда Кевин сделал предложение Пэтти, она поняла это в ту же минуту, как девочка влетела в дом и бросилась, рыдая, в материнские объятия. Такие разные ее девочки — Морин смеется от счастья, а Пэтти рыдает.

От Бренны, самой практичной из своих детей, Молли не ждала ни слез, ни смеха. Она думала, что Бренна спокойно расскажет, как изменились ее отношения с Шоном, но этого не произошло.

Только сегодня утром Бренна сказала, что переночует у Дарси, но не смотрела матери в глаза, а значит, врала. Как больно знать, что твоему ребенку приходится тебе врать.

— Где ты витаешь, Молли?

— Я? — Молли с трудом очнулась от своих мыслей, тряхнула головой. — Прости, Кейти. Что-то мне трудно сосредоточиться в последние дни.

— Неудивительно. Одна дочка вышла замуж всего несколько месяцев назад, вторая планирует свадьбу. Чего это ты такая унылая?

— Ну, разве что немного. — Поскольку ее чай остыл, а чашка Кейти опустела, Молли поднялась, вылила свой чай в раковину и наполнила обе чашки горячим чаем. — Я горжусь ими, счастлива за них, но…

— Слишком быстро они выросли.

— Да, быстро. Кажется, только вчера я утирала им носы, а сегодня покупаю свадебные платья. — К ее удивлению, из глаз чуть не брызнули слезы. — Ох, Кейти!

— Ну, полно, дорогая. — Кейти крепко сжала руки Молли. — Я чувствовала то же самое, когда мои птенцы вылетели из гнезда.

— Это все из-за Пэтти. — Всхлипывая, Молли нашарила в кармане носовой платок. — С Морин я лишь на свадьбе всплакнула, хотя девочка сводила меня с ума. Ее устраивало только совершенство, а представления о совершенстве менялись каждый день. Но Пэтти, она принимается рыдать, даже когда мы говорим о цветах. Клянусь, Кейти, я живу в постоянном страхе, что эта девочка будет рыдать и в церкви. Бедняжка Кевин! Все подумают, что мы притащили ее к алтарю под дулом пистолета.