Владик открыл тотчас после звонка — в куртке, кроссовках и темных очках, с ключами от машины в руке.

— A-а, привет! Извини — я на низком старте…

— Погоди, разговор есть, — Иванов закрыл за собой дверь.

— Давай по пути. Я к центру еду…

— Успеешь, — Иванов резко заступил дорогу потянувшемуся к двери Владику, тот удивленно глянул ему в лицо, остановился.

В коридор вышла беременная Владикова жена.

— Владик, ты опоздаешь.

— Сейчас, малыш… Ладно, пойдем, — он прошел в комнату.

— Владик, там не будут ждать…

— Сейчас!

Владик сел в кресло, демонстративно посмотрел на часы. Иванов сел напротив, вынул из внутреннего кармана бутылку:

— Без пол-литра не разобраться.

Владик досадливо всплеснул руками:

— Я же говорю — человек ждет!

— Посуду достань, — велел Иванов.

Владик вынул из серванта два фужера, поставил на стол. Иванов разлил.

— Ну, что? Ты быстрее можешь?

Вошла жена, присела рядом на диван.

— Владик, тебе машину вести.

— Я не пью, — сдерживаясь ответил тот.

Иванов пристально смотрел на него. Владик досадливо втянул воздух сквозь сжатые зубы и посмотрел на жену. Она встала и вышла, хлопнув дверью.

— Ну?

— Меня бросила Лена.

— Да ты что?

— Какая неожиданность, правда? — улыбаясь, спросил Иванов.

— А что, собственно… — начал было Владик.

— Объясни-ка мне эту историю, с этим парнем.

— Каким?

— Я думаю, ты знаешь, — Иванов налил и сразу выпил, — Ну?

— Обыкновенная история, — пожал плечами Владик. — Года два у них было. Как она в Москву переехала… Заявление собирались подавать… Потом она скоропостижно вышла за тебя. Игорек запил. Чуть госы не провалил. От распределения отказался — в Канаду должен был ехать… Да что Игорек — все попадали… Потом вроде снова у них началось…

— Ну?

— Ты что, допрашивать меня пришел?

— Ну?!

— Ну, Игорьку предложили Алжир. Она решила ехать с ним.

— Ах, вот в чем дело, — сказал Иванов.

— Дело не в этом! Дело в том, что я однажды имел глупость спросить, как семейная жизнь. А она заревела!

— А почему ты все это мне раньше не рассказал? Ты же свидетелем моим был. Единственный друг!

— И тебе я друг, и ей я друг, и ему я друг! Все мы друзья! — раздраженно сказал Владик.

— Слушай, — удивленно спросил Иванов. — Вот ты все это мне говоришь… Ты не боишься, что я тебе морду набью сейчас?

— За что? — воздел руки Владик. — Господи! Всем тогда бей! Давай! Сестре родной — в первую очередь!

— Что? — Иванов перегнулся через стол, схватил его за ворот.

— А ты что думаешь — она не знала? — Владик вырвался, брякнул на стол телефон. — На, позвони! Спроси!

Они стояли напротив через стол. Иванов молча, тяжело смотрел на него.

— Звони-звони, — сказал Владик.

— С Алкой — это наши дела. Это не твое собачье дело, — сказал Иванов. — А сейчас я допью, — он допил водку. — А ты позвонишь этому Игорьку и договоришься встретиться.

— Господи! Да зачем тебе? Что это изменит!

— Звони!

— Ну ты же идиотом будешь выглядеть!

— Звони! — Иванов схватил его за шею и пригнул к телефону, чуть не ударив лицом в стол. Фужер упал, скатился на пол и разлетелся.

— Пусти! — прошипел Владик. Отскочил, растрепанный, поправляя мятый ворот. — Он в конторе сейчас!

В комнату вбежала перепуганная жена.

— Владик, что происходит?

— Отлично! Тогда сейчас поедем к нему, — сказал Иванов.

— Поехали! Пое-ехали! Позорься, мне-то что!

— Владик… Куда вы?.. Владик, я тоже поеду…

— Конечно! И ты тоже, малыш! — заорал тот. — Поехали! Всем дурдомом!..

Владик звонил из автомата, жена стояла рядом, держась за стеклянную дверцу будки, испуганно следя за Ивановым.

Как только Владик вышел, она ухватилась за его локоть.

— Сейчас подойдет. Вот сюда, — Владик указал пальцем под ноги. — Блондин. Глаза серые. Рост — сто восемьдесят пять. Узнаешь. Только, — он широко развел руками, — бэ-эз меня! Увольте! Не для моих слабых нервов! — и пошел к машине.

— Владик… что случилось? — жена еле поспевала за ним.