Но что делать?

— А еще она как вцепится Трубке в лодыжку! Аж пальцы прокусила… — Булыжник, не желая прекращать эпическую сагу, начал повторяться: — Жуть. Теперь дезинфицировать надо…

Если действовать по уму, то следует позвонить Сантьяге и все рассказать. Об этом кричал здравый смысл, на отсутствие которого скупщик краденого никогда не жаловался. Но тот же здравый смысл подсказывал, что комиссар начнет задавать неудобные вопросы. Например: для чего уважаемый Урбек направил десятку уйбуя Булыжника в квартиру уважаемого Итара? Которому он к тому же только что дал в долг крупную сумму денег. Учитывая то, что тюк «14–69» до сих пор болтается не пойми где и может всплыть в любую минуту, ситуация вырисовывалась печальная и непредсказуемая. Красные Шапки держать язык за зубами не способны, сразу расскажут, что ночью им было велено забрать из какого-то хранилища подозрительный ящик. Сантьяга попросит их описать добычу и сразу поймет, о чем идет речь. И тогда придется отвечать за кражу в Центральном Банке. А это серьезно. Очень серьезно.

Вот и вертись теперь. Ищи выход.

Впрочем, если бы Урбек, попав в тупик, опускал руки, он бы никогда не достиг своего положения в Тайном Городе. Свойственная всем шасам природная изворотливость была развита у скупщика краденого лучше, чем плечи у профессионального гребца, острый ум позволял Кумару не только находить выход из темной комнаты, но и вытаскивать из нее черную кошку, так что план действий Урбек нарисовал быстро.

В первую очередь следует решить проблему тюка. Это единственная ниточка к нему, единственная улика. Найти деньги и припрятать. А если все пройдет тихо, то дальше уже думать: рассказывать Сантьяге о Шуме-Шуме в квартире Итара или не влезать в это дело.

— А она по веткам прыгает, ну чисто белка. Мы стрелять! А она еще быстрее! Мы за ней сиганули. Чуть не разбились даже…

— В общем, так, Булыжник, — произнес принявший решение Урбек. — Сиди со своими бойцами здесь и жди меня. Я разведаю, что там случилось, и скажу, что делать дальше.

— То есть где ящик искать?

Кумар поморщился: ему не понравилось, что дикарь сразу же вспомнил о тюке, но пришлось подтвердить догадку сметливого уйбуя:

— Да, где ящик искать.

Въезжать во двор на своем «Мерседесе» Урбек не стал — зачем привлекать ненужное внимание? Оставил машину на улице, под охраной Красных Шапок, накинул морок, превратившись для посторонних в седенького опрятного старичка, и шаркающей походкой отправился на разведку.

Цель своего визита — двух бабушек, сидящих на скамейке в сквере, — Урбек определил сразу, едва вошел во двор. Огляделся: подозрительных прохожих нет, магами и не пахнет, приблизился и вежливо поздоровался:

— Здравствуйте!

— Добрый день.

— Погодка в этом году приятная, да? — Кумар прищурился на летнее солнце. — И не жарко, и не холодно, и дождей нет. Самый август, что называется.

— И не говорите, — согласилась одна из старушек, та, что побойчее. — Лето задалось.

— Мои даже отпуск на даче сидели, — подтвердила товарка. — А чего по Турциям мотаться, когда у себя отдохнуть можно?

— А я вот внучка навестить пришел, — сообщил шас, опускаясь на скамейку.

— Это кого?

И тут Урбек понял, что совершенно не представляет, под каким именем Итар известен в доме. «Неувязочка…»

— Квартиру в вашем доме снимает, — неспешно продолжил он, сделав вид, что не расслышал вопрос. — Вон в том подъезде, на четвертом этаже.

— Игорек, что ли?

— Ага.

— Хороший мальчик, старательный.

— Весной песочницу помог отремонтировать.

— А Васильевне со своего подъезда звонок дверной починил.

— Рукастый у вас внук… э-э…

— Иван Степанович, — любезно ответил Урбек.

— А я Валентина Николаевна, — сообщила бойкая старушка.

— Софья Петровна.

— Звонил я ему, а никто не подходит, — вздохнул Кумар. — А я старый, на четвертый этаж без лифта лишний раз подниматься тяжело…

— Это верно. Меня вон радикулит замучил, проклятый.

— А Васильевна в прошлом году ногу сломала по зиме.

Истории злоключений могли увести разговор далеко в сторону, поэтому шас мягко вернулся к интересующей его теме:

— Не видели внучка-то?

— Вроде не появлялся, — пожала плечами Николаевна. — Да мы недолго здесь сидим, только вышли.

— Жаль… — Урбек вытер пот с шеи и наугад выстрелил: — А приятеля его не видели?

— Это какого? — нахмурилась Петровна. — К нему вроде не ходит никто.

— Да рыжий небось, — выступила Валентина Николаевна. — Он в последнее время, прямо зачастил к Игорьку.

— Рыжий? — прищурился шас.

— Ага, — затрещала старушка. — Я сначала думала, что он к Ленке приходит, есть у нас тут такая… податливая… а потом смотрю: с Игорем они из подъезда выходят…

Дальнейшие действия не были особо сложными. Поставить мощную и сложную «Иглу инквизитора» Урбек не мог, да и не требовалось этого. Несколько наводящих вопросов заставили Валентину Николаевну отчетливо вспомнить рыжего приятеля Итара, как говорится, «увидеть его перед глазами», и этот слегка расплывчатый образ Кумар и сорвал. Подобные изображения не были качественными, но, к счастью для скупщика краденого, внимательная старушка углядела на правом предплечье рыжего занятную татуировку.