Сменившие навов люды подошли к вопросу с не меньшей выдумкой. Просмотрев множество территорий, они выбрали для Сахнагарадака лесистые холмы у озера Курулас-Пери, расположенные в том самом месте, где в озеро впадала полноводная Гара. Столица Зеленого Дома, как и полагается, утопала в зелени, ее постройки плавно вырастали из деревьев, а затем так же мягко вновь превращались в лес. Количество аллей, садов, парков и скверов не поддавалось учету, а на улицах можно было без труда встретить косулю.

Чуды, в свою очередь, решили сделать ставку на мастерство исполнения. Может, Канагар-Дабар и не был столь же величественен, как Уратай, не удивлял природной грацией, как Сахнагарадак, зато был ослепительно красив.

Сердцем столицы Ордена являлся Замок, а если быть предельно точным — высоченная Башня ле Го, названная в честь первого великого магистра. Ее верхушка не скрывалась за облаками, и ничто не мешало подданным любоваться алым свечением Карфагенского Амулета, Источника Великого Дома Чудь.

Вокруг Башни ле Го и комплекса зданий, составляющих резиденцию великого магистра, находились казармы гвардии. Не всей, разумеется: право квартировать в непосредственной близи от лидера Великого Дома получали только лучшие воины, из которых формировался полк Алого Единорога — элита военной элиты, гвардия внутри гвардии, отряд, в который принимали только рыцарей командоров войны, самых сильных боевых магов в иерархии Чуди.

Центральный комплекс окружали семь башен, принадлежащих магическим мастерским Ордена. Башня Войны, башня Иллюзий, башня Стихий, башня Предсказаний, башня Превращений, башня Исцелений и башня Хранителя Знаний. Соединенные массивными зубчатыми стенами, они окружали Замок, являясь его внешней границей.

Дальше начинался собственно город.

Согласно официальной истории, Канагар-Дабар строился один год. В столь невероятной скорости не было ничего удивительного: практически вся энергия Источника шла на создание столицы. Городом занимались лучшие маги Ордена, сотни инженеров, архитекторов, скульпторов, бесчисленное множество каменщиков, плотников и простых рабочих. Один год. Ибо так повелел великий магистр Цун ле Го, который лично руководил строительством.

В результате, надо отдать должное, город получился на славу.

Мрамор и кузарский камень, бронза и гранит, а также фантазия, любовь и гордость, с которыми работали мастера, позволили превратить Канагар-Дабар в город, чьей красотой искренне восхищались даже враги Чуди. Ни одного одинакового дома, ни одного одинакового моста. Сотни фонтанов. И вся славная история Ордена, отраженная в барельефах, монументах, статуях, фресках, памятных колоннах и скульптурных композициях, что находились повсюду. А еще — замершие в бронзе и мраморе драконы, мантикоры, василиски и весь бестиарий. А еще…

Казалось, не было в Канагар-Дабаре места, до которого не добрался художник или скульптор. Казалось, стены домов и башен предназначались только для того, чтобы удивлять и восхищать. Но так только казалось.

В столице Ордена хватало гладких стен, на которых должны были найти отражение будущие победы, однако в последнее время на них стали появляться надписи, приводившие обитателей Замка в бешенство:

«Спящий не был магом!»

— С кем мы воюем? — Голос великого магистра Морриса де Коса тяжело громыхнул под сводчатыми потолками зала Совета. — С кем мы воюем?

— Пока ни с кем, повелитель. Мятежники избегают столкновений.

— Но сути это не меняет!

Де Кос стукнул по каменным плитам пола тяжелым мечом, который по традиции заменял ему скипетр, и гул (над тем, чтобы он появлялся, в свое время работали лучшие инженеры и маги Ордена) усилил впечатление от яростной фразы.

— Мы воюем с чудами! — Еще один удар. — Чуды воюют с чудами!

В зале собрались лидеры Ордена: ведущие маги, советники, магистры почти всех уделов и самых больших лож, военачальники, просто влиятельные рыцари — Совет Ордена в расширенном составе, и для них междоусобицы не были в новинку. Чуды воюют с чудами! Какая новость!

Однако после следующих слов де Коса по залу пролетел тяжелый вздох.

— Мятежники потрясают основы! — Мастерски просчитанная пауза. — Это раскол!