– За мной следят, – бубнил он. – Двое, один длинный, другой коренастый коротышка. Я узнал их. Они из «Джи-Ай-Пи», саудовской королевской службы безопасности. Меня хотят убить.

Гореславский остановился и посмотрел на другую сторону Темзы, где шла стройка.

– Они начали строить новое колесо, в полтора раза выше прежнего, – задумчиво проговорил он и добавил с энергией: – Запомни, ничего не проиграно. Наша борьба продолжается. Мы снова соберемся в кулак и нанесем удар. Сама мировая система является нашим верным союзником.

Бен Масих криво усмехнулся.

– Единственные, кто в нее не вписывается, это русские спецназовцы, – напомнил он.

– Дай срок, и с ними разберемся, – заверил мухаккима Гореславский.

Тот снова пренебрежительно усмехнулся и, не попрощавшись, направился в обратную сторону.

Борис Октябринович оглянулся. Зябко поеживаясь, мухакким Усама бен Масих удалялся в туман. Неожиданно из тумана вынырнули фигуры двух человек. Один длинный, другой невысокий и коренастый. Гореславский не услышал выстрела, просто увидел, как бен Масих мешком валится на брусчатку дорожки.

Бывший олигарх не удивился. Это он сам сообщил саудовцам, где они смогут найти интересующего их мухаккима. Утратив политические связи в ООН, бен Масих давно стал обузой. К тому же кто-то должен был ответить за провал операции «Зульфикар». А сейчас благодаря единственному выстрелу в голову он разом превратился в мертвого героя, чей светлый образ несгибаемого борца воодушевит сотни и тысячи новых борцов. Идиоты без этого не могут.

А мертвый идиот всегда полезнее живого.

«Борт номер один» приближался к Москве.

Десантники продолжали пить и закусывать.

– Вертолет жалко, – вздыхал Копняк. – Он хоть и старый, а еще мог бы послужить.

– Не переживай, – утешил его Поручик. – Его в Басре на постамент поставят. Памятником сделают.

– А с нами что будет? – неожиданно спросил Птенчик, осторожно потрогав бинт на плече.

– Нам памятников не полагается, не заслужили, – строго сказал Серегин. – Да, и не вздумайте Старостину рассказать, как все было на самом деле. Иначе всех нас ждет пожизненная дисквалификация и принудительная путевка в малый бизнес. На рынке семечками торговать. Так что, как только приземлимся, тихой сапой и малой скоростью сваливаем из самолета, будто нас тут и не было. И не через парадный трап. Наш путь – через задний проход.

– Через задний проход? Точно сказано, командир, – заметил Поручик.

И все с ним согласились.