Зарычала собака, потом раздались два громких выстрела. Бандит закричал и упал с лестницы у задней двери на маленькую неухоженную цветочную клумбу. Над ним стоял Оскар. Одного быстрого взгляда было достаточно, чтобы заметить рану прямо над правым коленом.

— Не надо! Пожалуйста! — взмолился бандит.

Осторожно, хладнокровно Оскар выстрелил ему в другую ногу.

Два часа спустя Оскар, уже полуодетый, разговаривал с двумя полицейскими за столом. Все трое потягивали кофе. Бандит находился в больнице, в операционной: у него были повреждены обе ноги, но его жизни ничто не угрожало. Джастин Бардалл управлял бульдозером компании «Цицеро пайп» в те моменты, когда не играл с огнем и не был мишенью для пуль.

— Идиоты, идиоты, идиоты, — повторял Оскар.

— Но он не предполагал, что его поймают, — со смехом заметил один из полицейских.

В эту самую минуту в Эванстоне два детектива стучали в дверь владельца «Цицеро пайп». Для него начинался долгий день.

Оскар объяснил, что сейчас разводится и ищет квартиру. Если он не ночует в отеле, то остается в офисе и спит на диване.

— Это место принадлежит мне двадцать один год, — пояснил он. Оскар знал одного из полицейских и второго тоже встречал. Ни один из них не сомневался в необходимости применения огнестрельного оружия. Речь явно шла о защите частной собственности, хотя в своем рассказе Оскар опустил подробности вовсе не обязательного выстрела во вторую ногу. Кроме двухлитровой канистры бензина, в спортивной сумке лежал кусок хлопковой ткани, пропитанный каким-то горючим веществом, и несколько обрывков картона. Это был модифицированный коктейль Молотова, но не тот, который кидают в бутылке. Полицейские предполагали, что картон предназначен для поджигания. Это была смехотворная попытка поджога, но ведь для того, чтобы устроить пожар, много ума не нужно.

Пока они болтали, мини-вэн с тележурналистами новостной программы припарковался на улице у офиса. Оскар надел галстук и позволил снять себя на камеру.

Через пару часов на четвертом заседании фирмы Дэвид, узнав о случившемся, расстроился, но продолжал упорствовать и отказывался носить при себе оружие. Рошель держала в сумочке дешевый пистолет, так что трое из четырех были вооружены. Начали звонить репортеры. История получала широкую огласку.

— Помните, — повторял Уолли коллегам, — мы «фирма-бутик», которая специализируется на делах по крейоксу. Все это понимают?

— Да, да, — кивнул Оскар. — А как насчет нарушений трудового законодательства при найме бирманцев?

— И это тоже.

Заседание закончилось, когда в дверь постучал репортер.

Скоро стало очевидно, что в тот день юридической деятельностью в «Финли энд Фигг» заниматься никто не будет. Дэвид и Оскар поговорили с «Трибюн» и «Сан таймс». Подробности произошедшего передавались из уст в уста. Мистера Бардалла перевезли из операционной в палату, и он не желал говорить ни с кем, кроме своего адвоката. Владельца «Цицеро пайп» и двух топ-менеджеров арестовали, но выпустили под залог. Генеральным подрядчиком в проекте по очистке воды выступала солидная фирма из Милуоки; она обещала расследовать дело быстро и тщательно. Стройплощадку закрыли. Никого из работников без документов и близко к ней не подпускали.

Дэвид ушел до полудня, тихо сообщив Рошель, что его ждут в каком-то суде. Он поехал домой, забрал Хелен, которая с каждым днем становилась все более круглой, и повез ее на ленч. Он рассказал ей о последних событиях: о том, как ему угрожали расправой, о бандите и его намерениях, об Оскаре и о том, что он сделал, защищая фирму, и о растущем интересе прессы. Дэвид намеренно преуменьшил опасность положения и заверил жену, что ФБР следит за происходящим.

— Ты волнуешься? — спросила она.

— Вовсе нет, — нерешительно ответил он. — Но завтра об этом могут написать в газетах.

И в самом деле написали. Большие фото Оскара появились в местном разделе как «Трибюн», так и «Сан таймс». Нужно отдать должное прессе: на сколько статей можно рассчитывать, когда старый юрист ложится спать в офисе, стреляет в непрошеного гостя, принесшего коктейль Молотова, чтобы спалить здание в отместку за то, что один из сотрудников фирмы подал иск о принудительной выплате жалованья нелегальным работникам, обманутым компанией, которую пару лет назад обвиняли в связях с организованной преступностью? Оскара изображали бесстрашным стрелком из Юго-Западного района и, между прочим, одним из ведущих специалистов страны по коллективным гражданским искам, участвующим в наступлении на «Веррик лабз» и ее ужасный препарат крейокс. В «Трибюн» напечатали и маленькое фото Дэвида, а также снимки владельца «Цицеро пайп» и его заместителей: их запечатлели во время заключения в тюрьму.

Газеты пестрили всеми буквами алфавита — ФБР, МТ, ИГИ, [26] СИН, [27] УОТЗ, [28] МВБ (Внутренняя безопасность), УПСФКП (Управление программ по соблюдению федерального контрактного права), и почти каждой из этих организаций было что сказать репортерам. Стройка простаивала уже второй день, и генеральный подрядчик был близок к отчаянию. «Финли энд Фигг» опять осадили репортеры, следователи, исполненные надежды жертвы крейокса и обычный уличный сброд, которого сегодня было больше, чем обычно. Оскар, Уолли и Рошель держали оружие под рукой. Молодой Дэвид сохранял блаженную наивность.

Через две недели Джастин Бардалл покинул больницу в инвалидном кресле. Ему и его боссу, наряду с остальными, были предъявлены многочисленные обвинения от имени федерального суда присяжных, и их адвокаты уже обсуждали вероятность заключения сделки о признании вины. [29] Левая малоберцовая кость Джастина сильно пострадала, и требовались дополнительные операции, но доктора полагали, что со временем его здоровье полностью восстановится. Он сказал своим адвокатам, начальникам и полиции, что не обязательно было стрелять в его левую ногу, поскольку после первого ранения он уже не представлял угрозы, но сочувствия не дождался. На его замечание все отреагировали так же, как один из детективов, который сказал: «Вам повезло, что он не снес вам голову».