Взяв волосы в кулак, Ти Джей поднял их вверх, чтобы убрать с шеи, а потом неожиданно резко притянул меня к себе, так что я уперлась спиной ему в грудь. Я повернула голову, и он зачесал все волосы набок, перекинув их через мое правое плечо. Он продолжал медленно расчесывать прядь за прядью, и это было таким сказочным ощущением, что я закрыла глаза и уснула.

Когда я проснулась, то по равномерному дыханию Ти Джея поняла, что он тоже заснул. Его руки обвились вокруг моей талии, ладони покоились на голой полоске тела там, где кончались трусики от бикини. Я снова прикрыла глаза, мимолетно подумав о том, как все-таки приятно чувствовать на своем теле руки Ти Джея.

Внезапно он зашевелился и прошептал мне на ухо:

— Вы не спите?

— Нет. Но я успела слегка вздремнуть.

— Я тоже.

Сама того не желая, я выпрямилась, и его руки соскользнули с моего живота. Мои волосы шелковистой волной падали вдоль спины. Я оглянулась через плечо и, улыбнувшись, сказала:

— Спасибо, что расчесал мои космы.

Взгляд его был тяжелым, осовевшим со сна, но не только — здесь было нечто другое. Нечто такое, что можно было безошибочно прочесть как желание.

— Всегда пожалуйста.

Сердце у меня в груди вдруг забилось часто-часто. А в животе будто запорхали бабочки, и приятное тепло разлилось по всему телу.

Сказать, что наши отношения чересчур усложнились, значит не сказать ничего.

После того как я расчесал Анне волосы, она направилась к дому, а я еще долго смотрел ей вслед. И вспомнил тот день, когда провел рукой вверх по ее ноге и она издала тот странный звук. Интересно, что же с ней было бы, сделай я тогда рукой кое-что еще. Я чувствовал, что уже не могу бороться с непреодолимым желанием запустить руку ей в трусики и добраться до истины. Если бы мы были в Чикаго, то не стоило и пытаться — у меня не было бы никаких шансов. Но здесь, на острове, я стал все чаще задумываться, а не попробовать ли.

Мыс Анной плавали туда-сюда по лагуне и ждали дельфинов.

— Мне скучно, — сказал я.

— Мне тоже, — ответила она, плывя на спине. — Эй, а почему бы нам не попробовать повторить ту знаменитую поддержку в воде, совсем как Джонни и Беби.

— Я абсолютно без понятия, о чем вы говорите, — ответил я.

— Ты что, не смотрел «Грязные танцы»?!

— Нет. — Хотя название звучало не так уж плохо.

— Это великий фильм. Я смотрела его в школе. В восемьдесят седьмом, наверное.

— Мне тогда было всего два года.

— Ох, иногда я забываю, какой ты у нас еще молодой.

— Не такой уж я и молодой, — помотал я головой.

— Ну и ладно. Так вот, Патрик Суэйзи играет профессионального танцора по имени Джонни. Он дает платные уроки в курортном отеле в Кэтскиллс. Дженнифер Грей играет Беби Хаусман, которая приехала туда вместе с семьей отдохнуть. — Анна запнулась и продолжила: — Эй, мне пришла в голову странная мысль. Ведь Беби и ее семья проводили лето вдали от дома, совсем как ты.

— А что, она тоже из-за этого писала кипятком? — поинтересовался я.

Анна покачала головой и весело рассмеялась:

— Я так не думаю. Она сошлась с Джонни, и они кучу времени проводили в постели.

«Надо же! И почему я не видел этого фильма?! Звучит потрясающе».

— Но затем Пэнни, партнерша Джонни, забеременела, и Беби пришлось ее заменить. Там еще такая сложная поддержка, но у Беби не сразу получается, и они разучивают ее в воде.

— И вы тоже хотите попытаться? — Если это означало возможность лишний раз потрогать ее, то я только за.

— Мне всегда хотелось попробовать. Не думаю, чтобы было слишком сложно, — сказала она и, встав напротив меня, добавила: — Ну ладно. Значит, я бегу тебе навстречу, а когда подпрыгну, ты должен положить руки вот сюда. — Она положила мои руки себе на бедра. — А потом поднимай прямо над головой. Как думаешь, сможешь меня поднять?

— Конечно, я смогу вас поднять, — возмущенно вытаращил я на нее глаза.

— В той сцене в воде Беби почему-то была в брюках. Чего я никогда не могла понять. Хорошо, ты готов?

Я ответил «да», и Анна побежала мне навстречу, а затем подпрыгнула. Но когда мои руки коснулись ее бедер, она упала на меня, сказав, что ей щекотно. В результате я уткнулся лицом ей в промежность.

Наконец мы распутались, и она заявила:

— Только не смей меня больше щекотать!

— У меня и в мыслях не было. Я положил руки туда, куда вы сказали.

— Ну ладно, давай попробуем еще раз. — Она попятилась и приготовилась к разбегу. — Все, я пошла!

На этот раз, когда я ее поднял, в том месте, где я стоял, оказалось слишком глубоко, и я не смог удержаться на ногах. Я завалился на спину, а она оказалась на мне, что было не так уж противно.