Шрифт:
— На Пустоши?
— Это болотистая низина, что тянется через центр города. Вы, вероятно, видели ее, когда подлетали.
Я приехал на автомобиле, но все равно понял, о чем он.
Бармен округлил глаза.
— Так вас интересует эта недвижимость?
— Не могу ответить на этот вопрос. Если пойдут разговоры, мне придется искать новую работу.
— Понимаю, понимаю. — Он выпил половину стакана, потом подавил отрыжку, прикрыв рот рукой. — Но я надеюсь, что все сложится. Ее должны засыпать. Там только болотная жижа да комары. Вы окажете городу услугу. Вдохнете в него новую жизнь.
— Других детей тоже там нашли? — спросил я. Мрачное настроение горожан, которое я почувствовал по приезде, могло объясняться шныряющим по Дерри серийным убийцей детей.
— Насколько я знаю, нет. Говорят, некоторые из пропавших лазили туда, потому что там находятся большие насосные станции, перекачивающие сточные воды. Я слышал, что под Дерри много канализационных коллекторов, большинство построили во время Великой депрессии, и никто в точности не знает, где они проходят. Сами знаете, какие они, дети.
— Любители приключений.
Он энергично кивнул:
— Верно, Эвершарп [47] . Некоторые говорят, что это бродяга, который перебрался в другое место. Другие утверждают, что убийца — местный, переодевавшийся клоуном, чтобы его не узнали. Первую из жертв — в прошлом году, до моего приезда сюда — нашли на пересечении Уитчем и Джексон. Без руки. Его звали Денбро. Джордж Денбро. Бедный малый. — Бармен многозначительно посмотрел на меня. — Нашли рядом с одним из водостоков, через которые вода сбрасывается в Пустошь.
47
Идиома, берущая начало от радиовикторины «Берешь или оставляешь» (1940–1950), которую спонсировала компания по производству механических карандашей и авторучек «Эвершарп». Во время викторины постоянно повторялся лозунг «Пиши „Эвершарп“». В силу одинакового произношения слов «right» и «write» появилась вышеуказанная идиома.
— Господи.
— Вот именно.
— Однако, как я заметил, вы использовали прошедшее время.
Я уже собрался объяснить, о чем речь, но, вероятно, этот парень на уроках английского языка слушал так же внимательно, как и в школе барменов.
— Вроде бы убийства прекратились, постучим по дереву. — Он постучал по стойке. — Может, тот, кто это делал, собрал манатки и убрался. А может, этот сукин сын покончил с собой, иногда они так поступают. И это хорошо. Но маленького Коркорэна убил не маньяк в наряде клоуна. Клоуном, совершившим это убийство, оказался, не поверите, его отец.
И я приехал в Дерри, чтобы предотвратить аналогичное преступление. Выходило, что это скорее судьба, чем совпадение. Я глотнул пива.
— Неужели?
— Будьте уверены. Дорси Коркорэн, так звали мальчонку. И знаете, что отец сделал с четырехлетним малышом? Забил насмерть безоткатным молотком.
Молотком. Он сделал это молотком. Я старался изображать вежливый интерес — во всяком случае, надеялся, что на моем лице читается вежливый интерес, — но чувствовал, как по коже бегут мурашки.
— Это ужасно.
— Да, и это еще не… — Бармен замолчал, посмотрел за мое плечо. — Налить вам еще, сэр?
Он обращался к мужчине, прежде сидевшему в углу.
— Мне нет. — Тот протянул долларовую бумажку. — Сейчас пойду спать, а завтра отсюда свалю. Надеюсь, в Уотервилле или Огасте помнят, как заказывать скобяные товары. Сдачу оставь, купишь себе «десото» [48] . — Он вышел с опущенной головой.
— Видите? Идеальный пример того, что мы имеем в этом оазисе. Один стаканчик, потом в постель, еще увидимся, до скорого. Если так пойдет и дальше, в этом городишке останутся одни призраки. — Бармен выпрямился в полный рост и попытался расправить плечи, круглые, как и все остальное. — Но мне-то что? Первого октября я уйду. Пока-пока. Счастливо оставаться, до новой встречи.
48
Модельный ряд автомобилей компании «Крайслер».
— Отец этого мальчонки, Дорси… Других он не убивал?
— Нет, у него железное алиби. Теперь я вспомнил, не отец, а отчим. Дикки Маклин. Джонни Кисон с регистрационной стойки — он, вероятно, оформлял вам номер — рассказывал мне, что Дикки раньше приходил сюда и выпивал, но его перестали пускать в бар: он попытался снять официантку и начал буянить, когда она послала его понятно куда. После этого, как я понимаю, он пил в «Стойке» или в «Ведре». Там принимают всех.
Бармен наклонился ко мне так близко, что я смог уловить аромат «Аква велвы».
— Хотите узнать худшее?
Я не хотел, но понимал, что надо. Поэтому кивнул.
— В этой несчастной семье был еще старший ребенок. Эдди. Он исчез в июне. Испарился. Ушел, подевался неизвестно куда, если вы понимаете, о чем я. Некоторые думали, что он убежал от Маклина, но любой здравомыслящий человек понимает: тогда пацан объявился бы в Портленде, или в Касл-Роке, или в Портсмуте. Десятилетний малец не может слишком долго не попадаться никому на глаза. Если вы хотите знать мое мнение, Эдди Коркорэн тоже познакомился с молотком, как и его младший брат. Маклин просто в этом не сознался. — Бармен улыбнулся, внезапно и лучезарно, отчего его лунообразное лицо стало почти красивым. — Отговорил я вас от покупки недвижимости в Дерри, мистер?