Шрифт:
Снег, снег, ветер…
Им казалось, что этому никогда не будет конца. Страх, который они до сих пор старались скрывать друг от друга, они больше не скрывали. Так было легче.
— Как холодно… Холодно, — бормотал Саша.
Вдруг он сел на снег.
— Я не пойду дальше. Все равно… — упрямо сказал он.
— Идем, Сашенька, идем. Ну, немножко, Сашенька… — просил Петя ласково. Так ласково он никогда не говорил с Сашей, да и считал бы стыдным для мальчика. Сейчас он не думал об этом.
У Саши стучали зубы и слезы навертывались на глаза. Он попрежнему сидел на снегу.
— Идем! Я тебе говорю! — нарочно сердито крикнул Петя и потащил товарища за рукав.
Размазывая по лицу слезы, Саша покорно поплелся за Петей.
2
Внезапно снег перестал итти. Ветер стих. Под ногами было твердое ледяное поле, на несколько сантиметров прикрытое только что выпавшим снегом. Влево и вправо, как заборы, тянулись торосы. Мальчики даже не пытались перелезть через них. Еле волоча ноги, они шли по гладкой улице, недавно проложенной среди моря ледоколом и схваченной морозом.
Мертвая, слепая тишина.
Пугаясь тишины, мальчики громко разговаривали. Саше казалось, что все это происходит с ними не на самом деле, а во сне. Нужно только закрыть глаза — и исчезнет снег, холод. Опять будешь дома…
Тучи уходили куда-то вправо. Сквозь разрывы облаков то показывалась, то исчезала луна. Небо прояснялось. Замерцали звезды. Белая снежная степь стала голубой.
Рам бросился в сторону. Вернулся, побежал в другую принюхиваясь.
На пороше ясно виднелись следы чьих-то больших ног…
— Сашенька! Следы!
Следов было много. Здесь недавно прошло несколько человек.
Овчарка, низко наклонив голову, носилась вокруг мальчиков, обнюхивая следы.
Наконец, она помчалась к ледяному барьеру, вскарабкалась на него, спрыгнула по ту сторону и побежала по снежной целине.
Мальчики перелезли через торос и, проваливаясь по колени в снег, пошли за собакой.
На сверкающем при лунном свете снегу тянулись длинные узкие полоски от лыж. Две, четыре, шесть… Потом опять две. Лыжники шли гуськом, след в след. Должно быть, людей прошло много.
Надежда и силы вернулись к мальчикам.
Они бодро шагали по лыжному следу. Рам, поминутно принюхиваясь, бежал впереди мальчиков.
Вдруг собака остановилась, начала разгребать лапами снег.
Что такое? Мальчики подбежали к собаке.
Под снегом лежала лодка, вмерзшая в лед. Нос лодки был сильно расщеплен. Видно, буря долго била ее о прибрежные камни.
На треснутом дереве виднелись какие-то буквы.
— Elma, — напрягая зрение, с трудом прочел Петя. — Так нашу молочницу зовут, — сказал он.
— Ну, пошли, пошли, — торопил Саша.
Минут через десять далеко-далеко мелькнул одинокий огонек. Берег!
Рам залаял, бросился вперед.
— Рам! Рам!
Собака продолжала бежать.
Неожиданно Саша подумал:
«Почему на лодке нерусское имя? Elma? Да здесь же близко граница. Как я раньше не вспомнил. Может быть, мы уже перешли границу? Нас схватят… Будут допрашивать. Сказать Пете или не сказать?»
Рам опять залаял. Ему ответил другой лай.
Саша остановился.
— Петя! А вдруг там чужая страна? Вдруг мы перешли границу?..
Испуганно Петя посмотрел на друга.
— Перешли границу?..
Шагах в сорока от них из-за сугроба показалось четыре лыжника в коротких полушубках, с винтовками за плечами. Они мчались навстречу мальчикам…
Новый год
1
В комнате тепло и уютно. На стенах карты. Тикают часы на этажерке. Суконные темнозеленые портьеры плотно закрыты.
За письменным столом краснощекий, полный человек в синем морском кителе с золотыми пуговицами.
— Обыщите их!
Он пристально взглянул на мальчиков.
Высокий военный, стоявший рядом, вежливо сказал:
— Раздевайтесь!
Мальчики замялись.
— Поскорее! — строго сказал моряк за столом.
Саша и Петя сняли пальто, шапки, валенки, куртки. Высокий забрал в охапку их одежду и вышел из комнаты. Он сейчас же вернулся и накинул им на плечи колючие серые одеяла.