Шрифт:
Пока Ян Бибиян вел разговор с Землей, Калчо открыл люк и, стоя на ступенях, высунулся всем телом наружу.
Солнце ярко сияло, отражаясь в отвесных скалах, и нестерпимо слепило глаза. Калчо надел большие черные очки и стал с любопытством озираться вокруг.
Вскоре он увидел летящее на небольшой высоте животное, похожее на осла, с длинными ушами, с перепончатыми крыльями и растопыренным, словно веер, хвостом. На нем сидело некое подобие человека.
– Ян Бибиян, – шепотом позвал Калчо, – над нами летает осел, а на нем верхом восседает какое-то человекоподобное существо.
Ян Бибиян высунулся из люка. Ослепительный свет ударил ему в глаза, он зажмурился и вернулся за черными очками. Когда он снова выглянул наружу, странное животное со своим удивительным седоком все еще кружило в воздухе. Всадник усердно дергал осла за узду, а сам что-то кричал – скорее всего это были слова приветствия.
Осел медленно парил над их головами, и Ян Бибиян с Калчо успели хорошенько разглядеть седока.
На нем был прозрачный зеленый плащ, который развевался за его спиной, точно парус. Ноги, состоявшие из темно-коричневых члеников, напоминали конечности земных раков или жуков, они завершались несоразмерно большими шарообразными ступнями. Членистыми были руки, и длинные пальцы с круглыми, как орехи, подушечками на концах.
Голова этого обитателя Луны за неимением шеи была посажена прямо на туловище. Вместо ушей торчали два длинных мохнатых усика. Массивные челюсти сильно выпячивались вперед, поблескивая оскалом крупных белых зубов. Губ не было вообще. Громадные глаза по обе стороны сплющенного носа смотрели, словно из гнезд. Большие круглые чешуйки век, моргая, щелкали, как портсигар.
Всадник, не умолкая, молол языком. Он то и дело наклонялся вниз, усики на его голове беспокойно шевелились. Ян Бибиян, поняв, что он подает какие-то знаки, в свою очередь снял шлем и принялся размахивать им.
Раздался ликующий вопль, рот всадника растянулся в невообразимой улыбке.
– Брыррыр… танцуцц! – отчетливо выговорил он.
– Брырр… танцуцц!.. – повторил следом за ним Ян Бибиян.
Седок затараторил громче прежнего, натянул уздечку и опустился рядом с «Молнией». Осел стал на все четыре копыта, сложил крылья и хвост, а всадник соскочил с него, бухнулся на колени и, опираясь на руки, принялся нагибаться и выпрямляться.
– Кланяется, кланяется! – вскричал Калчо.
– Кля-кля-кля! – обрадованно закрякал лунатик и протянул к «Молнии» руки.
– Спустимся? – спросил Калчо.
– Ну, конечно, не будем же мы все время сидеть здесь. Не для того мы прилетели. Давай вылезать. Только сначала радируем на Землю.
Ян Бибиян ненадолго вернулся к передатчику, и все радиостанции Земли приняли следующее сообщение:
«…Через минуту нога человека впервые ступит на Луну. Нас радушно встречает один из обитателей Луны, который прибыл верхом на летающем осле…»
Первые шаги на Луне
– Ну, теперь можно идти, – сказал Ян Бибиян. – С этим приятелем мы как-нибудь договоримся.
Ян Бибиян и Калчо быстро взяли лучевые пистолеты и один за другим сошли с «Молнии». Первым ступил на лунную почву Ян Бибиян. Он шагнул к лунатику, который не переставал кланяться, и воскликнул:
– Приветствую тебя, житель Луны! Приветствую тебя от имени далекой Земли!
Лунатик сразу вскочил. Шарообразные ступни его вздулись, увеличились вдвое. Он начал прыгать на одном месте, подскакивая, очевидно, благодаря этим шарам метров на десять.
Это продолжалось довольно долго. Лунатик горланил какие-то непонятные слова и ударял одной рукой о другую.
– Это какой-то танец, – сказал Ян Бибиян. – Человечек выказывает свою радость при виде нас.
– Да, выглядит он очень веселым, – ответил Калчо.
Лунатик вдруг остановился и снова отвесил низкий поклон.
Ян Бибиян и Калчо с любопытством смотрели на него и не знали, что предпринять.
Словно угадав их замешательство, человечек перестал отбивать поклоны и замахал своими членистыми руками, показывая на горы.
Ян Бибиян посмотрел в указанном направлении и ахнул от удивления: из-за гор целой тучей неслись всадники на летающих ослах.
Они подлетели стройной колонной, все так же, не нарушая строя, сделали круг над «Молнией» и пошли на посадку. На покрытой чахлым мохом, словно заплесневевшей, равнине выстроилось, как на параде, целое войско.
Несколько всадников сошли с летающих ослов, выстроились цепочкой и направились к «Молнии». Как и первый лунатик, они принялись низко кланяться, твердя одни и те же слова.