Она умолкла. Роберт тоже помолчал, слегка ошеломлённый этим неожиданным напором.

— Синди…

— Что?

— А можно, я буду звать тебя — Чистая Вода?

— Зачем тебе?

— Ну… Это как-то здорово так… по-индейски.

— А мне тогда можно звать тебя — Северцев?

Фамилия девчонке совершенно не далась, у неё получилось что-то вроде: «Сэфертсеф». В её исполнении это прозвучало даже красиво, но Роберту всё равно не понравилось.

— Лучше не надо, — уклончиво сказал он.

— Почему? — удивилась девочка. — Это же по-русски.

— Это — не по-русски, — отрезал Роб.

— Тогда и ты не зови!

— Ну и пожалуйста, не буду. Очень надо!

— Сам дурак!

Из-за поворота, совсем рядом, вдруг послышался слабый шорох камней. Роберт, скорее машинально, чем осмысленно, глянул краем глаза на радар и окаменел при виде приближающихся красных точек — словно дюжина крысиных глазок смыкали полукруг.

А потом рванул машину задним ходом.

— Синди!!!

Рыжая резиновая груша пшикнула в последний раз, доктор Белл сосредоточенно посмотрел на дисплей тонометра, некоторое время так же внимательно слушал пульс, затем вздохнул и отпустил вентиль клапана, ослабляя манжету. Выпускаемый воздух облегчённо зашипел.

— Сто тридцать на восемьдесят, — сказал он. — Для вашего возраста — абсолютно нормальное давление. Может быть, чуть выше нормы: под землёй это бывает. Может, вы переволновались или кофе перепили. Пили кофе по дороге ко мне? — бросил он на Майка взгляд поверх очков. — Впрочем, неважно. Для некоторых это даже норма. Так что я не вижу никаких оснований для беспокойства.

Он развернул компьютер дисплеем к себе и что-то быстро отстучал на клавишах. Удовлетворённо кивнул:

— Ну вот, я же говорю — никаких оснований для беспокойства. Записи в порядке, медосмотр не выявил патологий… В общем, всё о’кей.

Майк задумчиво раскатывал обратно клетчатый рукав рубашки. Доктор тем временем копался в своих запасах — неторопливо извлекал из шкафчика пузырьки и баночки, читал этикетки и так же неторопливо ставил обратно.

— Я дам вам витамины и успокоительное, — говорил он, пока из принтера выползал листок бумаги с рецептурой. — Будете принимать три раза в день. Постарайтесь не увлекаться крепким кофе и стимуляторами. Пьёте?

— Кофе?

— Спиртное.

— Откуда вы… Гм! Откуда ему тут взяться?

— Угу… — Доктор расписался на рецепте. — Под землёй организм испытывает дефицит солнечного света, от этого волнение, авитаминоз, особенно в первые недели… Организм переключается в «аварийный» режим. Работали раньше под землёй?

— Нет.

— А под водой?

— Слава богу, не пришлось, — невольно улыбнулся Майк. — Послушайте, док…

— Забавно, не находите? — Доктор уже уселся обратно за стол и сейчас укладывал в коробочку тонометр. — С генами вовсю работаем, вот-вот клонирование разрешат, диагноз больному можно по Интернету поставить, руку отрезанную обратно пришить… А давление меряем, как двести лет назад. Те же груша да манжета, разве что дисплей стал цифровой.

— А эта… трубка эта ваша ещё, — Майк указал и сморщил лоб, припоминая название. — Стето… стетоскоп?

— Фонендоскоп, — с улыбкой поправил его доктор. — Нет, просто у меня привычка с ним не расставаться, не обращайте внимания. Для любого врача полезнейшая вещь. Хотя на самом деле сегодня замерить давление спокойно можно и без него. По крайней мере, хорошо хоть времена рукописных рецептов отошли в прошлое: у меня ужасный почерк. Держите.

Майк принял пару пластиковых баночек, упаковку зелёных капсул и бумажку. Помедлил.

— По правде говоря, док, я совсем не за этим к вам пришёл. Хотя всё равно спасибо.

— Вот как? Интересно. А зачем же? Вас что-то тревожит?

— Нет. То есть да. Мне не нравится вся эта затея с роботами, но не в этом дело. Вы не замечали, как всё это на нас давит? Особенно на этих… на Рамиреса с Томом. Вы знаете, что они друг дружку ненавидят? По крайней мере, первый — второго.

— С чего вы взяли?

— Так… — неопределённо пожал плечами Майк. — Говорят. Да и потом, это и так видно.

— А почему вы э-э… решили заговорить об этом со мной только сейчас?

— Ну… Я как-то не решался. Мне подумалось, что мы все тут под стрессом, у всех нервишки сбоят. А тут ещё это… Думал потолковать с Хэлом, но он сказал, чтоб я занимался своим делом и не совал нос куда не просят. А кто, кроме него, ещё реально может что-то с этим сделать? Вроде только вы, если не считать охраны наверху, но к ним же незаметно не пойдёшь. Да и с вами я могу поговорить без свидетелей только тут.