Теперь пилоты смотрели телевизор, перескакивая с канала на канал в поисках выпусков новостей и пытаясь получить хоть какую-то информацию о том, что происходит в Биармии. В один из моментов на НТВ прервали трансляцию старого фильма, и на экране появился капитан Виноградов.

– Блин! – только и сказал Золотарёв. – Это ж наш разведчик.

Что говорил Виноградов, слышно не было, но диктор пояснил, что это – «неизвестный террорист», захвативший здание в самом центре Белогорода, «заминировавший его тонной гексогена» и требующий отставки президента Бориса Бруммана. Диктор сослался на «Си-Эн-Эн» и пояснил, что в Белогороде в последние дни произошли чрезвычайные события, которые привели к «кризису власти в республике». Пообещав держать зрителей в курсе того, как будет развиваться ситуация, диктор с экрана пропал, а фильм продолжился.

– Он сошёл с ума? – спросил Стуколин.

– Кто? – оглянулся Золотарёв.

– Ваш разведчик?

– Вряд ли… Виноградов не из тех людей. Значит, было нужно захватить. Кстати, ты не обратил внимания, где он стоит? А то я Белогород не очень хорошо знаю.

– Обратил. Это смотровая площадка на «Пороховой бочке». Такая старая башня в центре города. Взорвать её будет непросто. Хотя если у него тонна гексогена…

– Да нет у него никакого гексогена, – раздражённо оборвал приятеля Золотарёв. – И быть не может. Всю нашу взрывчатку вывез Бояров. Это или журналюги напутали, или сам Виноградов привирает, чтобы пыль в глаза пустить…

Стуколин с минуту раздумывал, потом задал ещё один вопрос:

– А «Си-Эн-Эн» здесь показывает?

Оказалось, что показывает. Но для этого пришлось вызвать хозяина клуба и переключить телевизор на спутниковую антенну.

Внимательно посмотрев ролик «Си-Эн-Эн», Золотарёв подытожил:

– Точно! Блефует! Он, значит, решил Бруммана и его свору на понт взять! Молодец! Хоть какой-то будет толк от нашей акции.

– Если там взрывчатки нет, а биармы раньше или позже догадаются… Они же его убьют!

Золотарёв нахмурился.

– Да, убьют, – неохотно признал он. – Но это же Виноградов. Решил пожертвовать собой, значит…

– Слушай, – сказал Стуколин, – а может, спасём его? Поднимем «чебурашку», сбросим трос и на малой скорости подхватим с крыши.

– А как мы ему сообщим? Как согласуем?

– Сам догадается. У вас в батальоне много белых «чебурашек»?..

– Что вы хотите этим сказать?!

Виноградов посмотрел на Хольца. Специальный корреспондент «Си-Эн-Эн» спал с лица и явно ожидал немедленной смерти.

– Я хочу сказать, – ответил Виноградов, – что я сделал своё дело и могу спокойно умереть.

Капитан наклонился к Рою Брумману и в два движения освободил его от оков, швырнул наручники под ноги.

– Можешь идти, Рой. И думай иногда о том, что делаешь. Железяки тебя в случае чего не спасут.

– Вы собираетесь взорваться? – Хольц всё ещё не понимал происходящего.

Виноградов покачал головой:

– Нет. Внизу нет взрывчатки – только ящики с пивом, в которые вставлены детонаторы. Я и не собирался взрывать «Пороховую бочку». Мне не нужны жертвы. Это был блеф, чтобы завлечь сюда вас, господин Хольц.

– Вы меня обманули!

– Да.

На лице корреспондента появилась сердитое выражение.

– Пойдём отсюда, Ефим, – сказал он, обращаясь к оператору. – Нам здесь делать нечего.

– Мы не будем снимать, как его убьют? – хищно поинтересовался Ефим.

– Лучше не надо, – сказал Виноградов. – А то по всем каналам будут показывать мой раскроенный череп. Зачем мне такая слава?..

– Мне тоже плевать, как он умрёт, – заявил Хольц. – Я уже насмотрелся на смерть у вас в России. И это были более достойные люди.

– Глядите, там самолёт летит! – крикнул Рой Брумман.

Все, собравшиеся на обзорной площадке пивного ресторана, повернули головы и действительно увидели «Ан-72», на низкой скорости приближающийся к башне.

– Господи, – пробормотал Виноградов, – это же наш «чебуратор»!

Приглядевшись, он увидел, что за штатным самолётом батальона «Икс» тянется трос с перекладиной. Заметили самолёт и внизу: забегали, засуетились.

Всё ещё не веря своим глазам, Виноградов тем не менее снял и бросил автомат, расстегнул ремень, и полез на зубец стены. Он надеялся, что снайперы, засевшие в зданиях администрации, ещё не знают его главной тайны, а потому подождут приказа, прежде чем выцелить и выстрелить. Гул двигателей нарастал и в тот миг, когда белый «Ан» пролетал над башней, он достиг пика, превратившись в рёв и заглушив все остальные звуки. Хольц и Брумман-младший инстинктивно присели, и только Ефим продолжал снимать. Пилот, сидевший за штурвалом «чебурашки», чуть промахнулся, и перекладина прошла мимо. Но Виноградов прыгнул за ней, потому что знал: второй попытки всё равно не будет.