Сами колонизируемые территории будут со временем преобразованы лесопосадками так, что на них изменится даже климат. Образцом послужат ландшафты Шлезвиг-Гольштейна.

Для того чтобы теснее связать восточные марки с рейхом и обеспечить коммуникации вдоль основных железнодорожных линий и автострад, планировалось организовать 36 колонизационных опорных пунктов (из них 14 – в Польше). Эти опорные пункты примыкали к существующим удобным историческим центрам и находились на расстоянии не более 100 километров друг от друга. Общая площадь каждого пункта составляла примерно 2000 км2. На Ингерманландском направлении расположение опорных пунктов предусматривалось в две линии, учитывая особое значение Прибалтики.

Рейхскомиссариат Московия был единственной территорией, на которой дозволялось жить русским, а также «неполноценным» латышам и литовцам, которые должны были составить правящую прослойку. Однако положение всех этих народов трудно назвать жизнью – фактически это было запланированное вымирание.

Московия разделена на Тульский, Горьковский и Северный округа. Причем, русским разных округов усилиями пропаганды прививается чувство собственной, «горьковской» или «тульской», самобытности. Округа, в свою очередь, подразделяются на районы, волости, сельские общины или уезды.

На посты главы ниже генерального округа, как правило, назначаются представители местного населения. Во главе уездов и волостей – бургомистр, сёл и других мелких населенных пунктов – староста или старшина. Сельское и городское население тщательно регистрируется.

В дальнейшем будет проводиться политика тотального онемечивания, которая начнется с замены кириллицы на латинский алфавит. В то же время образование для большинства будет ограничено четырьмя классами. Цель обучения предельно конкретна: простой счет, умение расписаться, внушение, что божественная заповедь заключается в том, чтобы повиноваться немцам, быть честным, старательным и послушным.

Ежегодно проходит осмотр всех детей с целью определения их расовой полноценности. Расово полноценные дети имеют право на получение более качественного образования, но в таком случае они будут отделены от родителей и вывезены в рейх.

При этом русскому населению будет постоянно внушаться, что вредно иметь много детей. Многочисленные брошюры, плакаты в школах и медицинских учреждениях будут показывать, каких больших средств стоит воспитание детей и что можно было бы приобрести на эти средства. Наряду с этим должна быть развернута широчайшая пропаганда противозачаточных средств с системой их производства и распространения. Аборты ни в коей мере не должны ограничиваться. Наоборот, следует организовать специальную переподготовку акушерок и фельдшериц и обучать их производить аборты. Кроме того, будет пропагандироваться добровольная стерилизация, не допускаться борьба за снижение смертности младенцев. Будет запрещено обучение матерей уходу за грудными детьми с целью дальнейшего вымирания. Также следует сократить до минимума подготовку русских врачей по этим специальностям, не оказывать никакой поддержки детским садам и другим подобным учреждениям. С другой стороны, не должно чиниться никаких препятствий разводам, не должна оказываться помощь внебрачным детям.

Чтобы еще сократить население и не дать русским даже малейшей возможности на возрождение, предполагалось всячески поддерживать религиозность и различные суеверия. При этом, однако, религией русских должно было стать не православие, а его многочисленные модификации. В идеале предполагалось сделать так, чтобы в каждой русской деревне была своя версия веры в Бога, – таким образом русские становились сектантами.

Как это ни парадоксально звучит, но будущие хозяева России собирались установить в Московии народную демократию и не ограничивать свободы личности, приняв лишь элементарный свод законов. Лидеры нацистов полагали, что если людям дать свободу, они не захотят учиться, не будут следить за своим здоровьем и быстро скатятся к первобытному состоянию. Этому процессу способствовали и ограничения на распространение информации. Все сведения о внешнем мире в города и поселки Московии должны были поступать через репродукторы радиовещательной сети, а они, в основном, «крутили» веселую бодрую музыку, лишь иногда прерываемую краткими сообщениями об очередных успехах в деле строительства Третьего рейха.

Русского человека планировалось превратить в тупого темного крестьянина, который ходит в деревенскую церковь и верит в божественное происхождение немцев. Раз в жизни этот крестьянин, за хорошую работу и покорность, должен был за счет государства съездить на экскурсию в перестроенный Берлин – чтобы своими глазами убедиться в величии арийской расы.

Быстрая победа над СССР вела к преобразованию Европы. Прежде всего нацисты собирались перестроить Мюнхен, Берлин и Гамбург. Мюнхен становился музеем национал-социалистического движения, Берлин – столицей Тысячелетней империи, подчинившей себе весь мир, а Гамбург должен был превратиться в единый торговый центр, город небоскребов, подобный Нью-Йорку.

Другие немецкие города тоже подлежали реконструкции, но в меньшей степени, а предложение объединить некоторые исторические центры в мегаполисы нового типа Гитлер с негодованием отверг.

Широчайшие «реформы» ожидали и оккупированные страны Европы. Остмарк (так называли Австрию после аншлюса) наконец-то получал равные права с внутренними областями Германии: австрийская территория разделялась на три имперских гау (области): Каринтия, Штирия и Верхний Дунай.

Различные районы Франции, которая как единое государство перестала существовать навсегда, ожидала разная судьба. Фашистской Италии отходили Корсика, Ницца, Тунис и Джибути. Испании Франко доставались Марокко и Оран. Эльзас был присоединен к гау Баден, Лотарингия – к гау Саар-Пфальц. Одновременно было ликвидировано самостоятельное государство Люксембург, также отошедшее к гау Саар-Пфальц, переименованному в «имперское гау Вестмарк»; баденское гау стало «имперским гау Оберрейн». Граница Германии в соответствии с этим переносилась на запад к линии «от устья Соммы к востоку по северному краю Парижского бассейна от Шампани до Аргонн», далее «на юг через Бургундию и западнее Франш-Конте до Женевского озера».

Под Бургундией понималось совершенно новое образование – Бургундское Свободное Государство, которое должно было стать «рекламной витриной» Великого Германского рейха. В это государство вошли старые бургундские земли на севере, провинции Артуа, Лотарингия, Франш-Конте, Прованс, Пикардия и Шампань, то есть вся юго-западная Франция. Столицей предполагалось сделать Амьен, Реймс или Дижон. В итоге Бургундское государство получало выход как к Ла-Маншу, так и к Средиземному морю. Официальными языками были определены немецкий и французский. Управление этим государством поручалось администратору рейха и канцлеру. Общественное устройство Бургундии будет таково, чтобы полностью устранить противоречия между классами, которые «используются марксистами для разжигания революций».