Шрифт:
Мулла Аскар перечитал написанное, подумал немного и добавил:
— Если погибнуть, то шеитом [90] , если остаться в живых, то гази [91] .
Он еще раз пробежал строчки, начертанные тонкой арабской вязью, остался доволен. «Таков будет наш первый выстрел, — усмехнулся он. — Теперь эти листки надо переписать, размножить… Но тут нужна помощь Маимхан и Хаитбаки…» — Мулла Аскар допил остатки разбавленной простокваши, зевнул, распрямил затекшую спину не хрустом потянулся.
90
Шеит — погибший на войне славной смертью.
91
Гази — герой.
Во дворе залаял Илпатджан. Потом заскребся в дверь лапой. Мулла Аскар насторожился, прислушался, затаил дыхание. На цыпочках прокрался к двери, сквозь щелку выглянул наружу. Возле забора стоял какой-то человек. Кто бы это мог быть?.. Незнакомец обернулся и кому-то помахал рукой. Собака, почуяв, что хозяин подошел к двери, залаяла громче. «Уж не китайские ли это ищейки?» — подумал мулла Аскар. На всякий случай он быстро собрал со стола, исписанные листки, сунул в выходную трубу очага и опять подошел к двери. Теперь незнакомец стоял посреди двора, неподвижный, как столб. Мулла Аскар вгляделся в него…
— Нет, — пробормотал он, приоткрывая дверь, — не такой уж это незнакомец…
Старые глаза не подвели муллу Аскара и на этот раз.
— Эй, Ахтам, что ты испугался моего щенка? Какой же ты после этого джигит?..
Ахтам почтительно поздоровался с учителем и взял муллу Аскара за руку, коснулся его ладонью своих глаз.
— Я не ожидал тебя сегодня, — говорил мулла Аскар, широко распахивая дверь своего дома и пропуская Ахтама вперед. — Значит, наш вестовой оказался быстрым!
— Не зря сказано, что конь — крылья джигита. А мой конь — настоящий тулпар!
— Ты прав, сынок, людям нужны крылья… Ох, как нужны!.. — Мулла Аскар задумался.
— Я… В прошлый раз, когда я был здесь, я не смог вас увидеть, учитель…
— Не стоит говорить о прошлом, дорогой мой, — перебил его мулла Аскар. — Думай о завтрашнем, только о завтрашнем. У нас много дел, они не ждут.
Ахтама удивил суровый, повелительный тон, которым были произнесены эти слова.
— Но ты голоден?.. Я забыл, ведь раньше, чем говорить о деле…
— Не беспокойтесь, учитель. По пути сюда я заехал к тамуру [92] накормить коня и сам напился у него коже [93] .
92
Тамур — близкий знакомый, друг.
93
Коже — отварная пшеница на кислом молоке, казахское блюдо.
— Тогда пеняй на себя… — Мулла Аскар подошел к очагу, вынул спрятанное письмо и протянул его Ахтаму: — Прочитай-ка вот это!
Ахтам перевел, вопросительный взгляд с учителя на исписанный листок и принялся за чтение. По мере того как он углублялся в текст, глаза его разгорались все сильнее, губы шевелились, повторяя отдельные выражения, лицо, прежде озабоченное, светлело. Кончив читать, он вздохнул, как бы освобождаясь от давней тяжести, и восторженно посмотрел на учителя.
— Если бы вот сейчас, сразу… Если бы все кишлаки, все города и деревни поднялись и ударили… Эх!.. — Скулы его сжались, зрачки расширились.
— Не кипятись, джигит, — осадил его мулла Аскар. — Нужно все обдумать, нужно за два-три дня разъяснить народу все, что тут написано. Кто сумеет эт сделать? У тебя есть друзья, которым можно довериться?
— О чем говорить! — с готовностью ответил Ахтам. — Моим джигитам можно поручить любое дело!..
— Сколько у тебя джигитов?
Ахтам задумался. Нет, он не сомневается в своих лесных смельчаках, он думал только о том, на ком остановить выбор для начала.
— Что же ты молчишь?
Ахтам, загибая пальцы, назвал несколько имен, потом прибавил:
— Кроме того в Пиличинском ущелье десять джигитов, из которых каждый стоит отряда солдат.
Мулла Аскар одобрительно кивнул.
— Чем занимаются они сейчас?
— Чем?.. Да ничем, бесятся от безделья.
— От безделья?..
— Ну не то что от безделья… Просто не знают, куда девать силы, за что взяться… Но способны они на многое!
Мулла Аскар довольно потер руки.
— Это их называют «лесные смельчаки»? Или как там еще… Да, «воры-разбойники»?..
— Они не разбойники, ака, наоборот, те, на кого они нападают, и есть настоящие воры и разбойники…
— Значит, говоришь, это смелые джигиты?.. — Мулла Аскар помолчал. — Пожалуй, ты прав. Истинные разбойники и воры в наше время не бросают своих домов, не уходят в пещеры, — они живут во дворцах и прячут свои черные грехи в роскошные одежды… Для нашего дела понадобятся отважные люди, Ахтам, — вроде твоих друзей…
— Понимаю, учитель.
— Но пока… Пока не наступит время — попридержи их, мы дадим знать, когда нужно быть готовыми…