– Вот заладил, воевать, воевать. Ладно, если с техникой на ты, без работы не останешься. Только к донам не нанимайся на работу. От них не увольняются. Только если вперёд ногами.
– Исгерд съехала с шоссе на прилегающую дорогу.
– Вот почти и приехали.

Мобиль подкатил к трёхэтажному зданию.

– Всё, приехали.
– Исгерд остановила мобиль возле тротуара.
– Спасибо, что помог и спасибо за компанию.

– Вам спасибо, мэм. То есть Исгерд.
– Пятый вылез из мобиля и закинул баул на плечо.

– Вот тебе ещё совет. Избавься от винтовки.
– Исгерд указала на баул.
– Не удивляйся, я эти вещи вижу. Я воевала в сопротивлении на Швеции, с оружием знакома не понаслышке. И одежду смени. Слишком выделяешься.

– Я понял. Спасибо.

– Не за что. Бывай Свейн! Если что, заходи на чашку чая в "Пикник", это кафе вон на той стороне, - Исгерд указала рукой на заведение находящееся на другой стороне улицы.
– Я там часто днём бываю.

– Хорошо. До свидания.
– Пятый кивнул головой и развернувшись пошёл по тротуару. Как-то всё немного стало по-другому. Свейн. Она дала ему имя. Пятый читал, что имя дают родители. Значит Исгерд в своём роде ему мать. Ну, да. Крёстная мать.

Хм, Свейн.

Город как огромный муравейник пребывал в постоянном движении. По улицам сновали мобили разных размеров и назначений. Антигравов почти не было. Люди на улице спешили кто куда.

Свейн прошёл квартал и увидев небольшой сквер, свернул к нему. Нужно было прийти в себя. Масса звуков, огромное количество людей и мобилей немного выбили его из колеи.

– Вот значит какой ты, город, - прошептал Свейн, садясь на скамейку. Баул он поставил между ног. Куда же ему идти? Что он будет делать в этом гигантском муравейнике? Он откинулся на спинку и смотрел в сторону улицы, по которой нескончаемым потоком двигались легковые мобили, грузовики, пассажирские мобусы.

– Это что за горилла появилась в нашем районе?
– Раздался голос. Свейн повернул голову и увидел подходящих к нему троих парней, одетых не смотря на тёплую, почти жаркую погоду, в чёрные кожаные куртки, в такого же цвета кожаные штаны и высокие ботинки на шнуровке. Куртки у парней были украшены клёпками, а с пояса штанов свисали цепи.

– Ты какого хрена уселся на нашу лавочку? А?
– Самый рослый, видимо заводила компании, пнул баул.
– А ну, проваливай отсюда.

Посмотрев на парней в коже, Свейн отвернулся и продолжил смотреть на улицу. Заводила, сочтя взгляд и то как повёл себя чужак, как оскорбление для себя и своих друзей, решил воздействовать более радикально. Он размахнулся и ударил наглого чужака в лицо. Удар был на славу. Заводила уже почувствовал, как кулак врезается в челюсть этого лысого. Но вместо этого, руку пронзила внезапная боль.

Свейн поймал руку заводилы своей и резко вывернул. Что-то хрустнуло и только что уверенный в себе парень в чёрной коже, заорал высоким фальцетом. Свейн встал со скамейки и подхватив баул, сказал:

– Если хочешь поговорить со мной, давай найдём место потише.
– В голове Свейна созрел план как можно приобрести одежду и возможно немного денег. Полковник говорил, что этот способ называется грабёж.

– Тебе конец, лысый. Ты - труп.
– Прошипел заводила, баюкая руку. Странно, но дружки не вступились за своего вожака.

– Так мы отойдём куда нибудь? Или ты так и будешь меня пугать?

– Раз ты так хочешь умереть, пошли.
– Заводила махнул рукой своим спутникам и мотнул головой в сторону домов.
– Пошли братцы, научим лысого нас уважать, раз он сам того просит.

Идти пришлось не долго. Через сквер, потом через улицу, во двор старого, но ещё видимо жилого дома. Заводила и его дружки шли впереди, Свейн сзади. Войдя во двор, Свейн осмотрелся. Дом и вправду был жилым. Только жили в нём молодые бандиты. Стены дома со двора были расписаны краской всех цветов. Бранные слова, перемежающиеся с пошлыми стихами и рисунками эротического уклона. Заплёванный асфальт, запах мочи и мусор отпугивали прохожих и делали некогда проходной двор и сам дом притоном для бандитов.

Заводила, держа болевшую руку прижатой к груди, замахал здоровой и заорал:

– Ворон! Во-о-ро-он!

На его крик из окна второго этажа высунулся патлатый верзила.

– Чё орёшь, придурок?

– Ворон! Смотри кого мы привели! Этот лысый желает обрести духовное равновесие и научиться уважению!

Патлатый молча скрылся в окне. Через минуту он вышел из подъезда. За ним вышли ещё пятеро. Напротив заводилы и его двух дружков, эти были и крупнее и выше. Из окон стали выглядывать, а потом и из ещё двух подъездов стали выходить молодые парни, одетые в чёрную кожу.

– Ну, кого ты притащил на этот раз, Сопливый?
– Верзила под два метра ростом подошёл к Свейну и приблизил своё лицо к его, почти вплотную. Несколько секунд он смотрел в глаза Свейна. По спине Ворона пробежала короткая дрожь. В глазах чужака была пустота. А Ворон не понаслышке знал, что люди с пустым взглядом, убивают не задумываясь. Сломанная рука Сопливого говорила в пользу этого лысого парня.
– Кто он?

– Не знаю. Отирался в сквере, лавку мою занял. А потом руку мне сломал, козёл.