Кристин была осведомителем Интерпола. Однажды она спасла ему жизнь. Кристин и Ашер были близки после этого, и он был уверен, что при возможности она поможет ему.

— Как насчет тех, которые установлены в Тур-Лангедок? — спросила она.

— Меньше всего мне бы хотелось, чтобы в Тур-Лангедок стало известно о том, что я собираюсь сделать.

— Вот как? — проговорила Кристин, задумчиво выпуская сигаретный дым.

Она провела Ашера к компьютерному терминалу магазина, где во всю стену красовалась сделанная от руки надпись: «Именем короля даже Богу не разрешается творить здесь свои чудеса», и, оставив его у монитора, вышла.

Используя известный ему код Гордона, Ашер подключился к компьютерному монстру КМ-5, установленному в Лэнгли, и стал просматривать информацию, пытаясь обнаружить связь между «Голд стар рент-э-кар», с одной стороны, и Хьюзом Бремнером, Гордоном Тэйтом или ЦРУ — с другой.

Из таксофона на бульваре Сен-Жермен Сара сделала еще три звонка. В промежутках между ними она несколько раз набирала номер своего коллеги Блаунта Мак-Ко, но линия была занята. Студенты вели себя все более шумно — пели, танцевали, произносили речи. Тут же продавался «делириум» — смесь ЛСД и других наркотиков.

Наконец ей удалось дозвониться до Мак-Ко, который схватил трубку после первого же сигнала.

— Боже мой, дорогая! — закричал он, явно находясь под впечатлением того, что узнал. — Как тебе удалось разнюхать о существовании этого крохотного медицинского центра? Ведь его посещают только избранные: премьер-министр, управляющий Банк де Франс, архиепископ Парижа, в общем, самые сливки. Думаю, тебе вряд ли удастся попасть внутрь!

— В отличие от тебя, Блаунт, мне это ни к чему. Так, значит, Je Suis Chez Moi — это что-то вроде клуба?

— Да, это суперэксклюзивный, невероятно дорогой и очень засекреченный клуб, а точнее, оздоровительный центр.

— А почему он засекречен? Что там, собственно говоря, происходит?

В трубке послышалось покашливание — Блаунт прочищал горло.

— Ты не представляешь, чего мне стоило добыть эту информацию, — сказал он наконец. — Я думаю, ты должна рассказать мне, чем располагаешь сама.

— Я не могу тебе сказать ничего, кроме того, что надпись, которую я тебе продиктовала, была выгравирована на ручке, принадлежащей человеку, которого я когда-то знала. Ты с ним никогда и нигде не пересекался. Ни для тебя, ни для меня с профессиональной точки зрения он не представляет никакого интереса, — ответила Сара, раздумывая, откуда у Гордона может быть ручка с фирменной гравировкой клуба для избранных.

— Сара, я тебя знаю. Наверняка ты проводишь какое-то расследование. Расскажи мне, в чем дело, если хочешь получить от меня информацию.

— Я не могу, — сказала Сара после секундного колебания. — Пока жизнь моя в опасности, ничего нельзя сказать.

— Твоя жизнь? Объясни мне, в чем дело.

— Помнишь крестного отца итальянской мафии — кажется, у него была кличка «Зверь»? Ну того самого, который нанял убийц, чтобы разделаться с тобой за подготовленную статью об одной актрисе католического вероисповедания, которая была матерью его шестерых незаконнорожденных детей?

— Пятерых незаконнорожденных детей, — вздохнул Блаунт. — Материал для великолепного, смачного скандала, один из моих шедевров, и, надо же, никто об этом никогда не прочтет ни строчки. Я был готов умереть за него… ну почти готов.

Сара знала, что он забрал из редакции уже готовую к публикации статью и отослал ее вместе со всем собранным компроматом в Рим адвокату главаря мафии. Зато Зверь отменил отданное им распоряжение об убийстве журналиста.

— Ладно, Сара, я тебе сочувствую и потому дам тебе то, что у меня есть, но ты должна обещать мне, что расскажешь, чем все закончится. Если ты не будешь писать об этом сама, я сделаю это за тебя.

Затем Блаунт сообщил Саре адрес и телефон оздоровительного центра. Он предупредил, что снаружи нет никаких вывесок, только номер дома. Клуб работает без выходных, с пяти вечера до полуночи, учитывая весьма плотный распорядок дня клиентов. Это частное заведение, в котором для улучшения состояния пациентов практикуется использование физических нагрузок, занятий по улучшению гибкости и выносливости, а также особый массаж индивидуального назначения, витаминотерапия, диетотерапия и кое-какие косметические услуги. Помимо этого, врачи предоставляли клиентам определенную психотерапевтическую помощь — в основном это касалось снятия депрессии и общей напряженности, являвшихся следствием перегруженного стрессами стиля жизни их высокопоставленных пациентов.

— Завсегдатаи заведения его просто обожают, — закончил Блаунт. — Представь себе, что люди, которые ненавидят любые упражнения или находятся в глубокой депрессии, вдруг начинают ежедневно и пунктуально, без всяких пропусков, посещать тренировки и процедуры. Оздоровительный центр помогает посетителям совершенствовать их тела и их личность, отношение к жизни. Люди приходят туда на грани срыва, а через несколько месяцев уже находятся в прекрасной форме, полны энергии и довольны жизнью. Неудивительно, что они продолжают туда ходить. Кому хочется лишиться таких результатов?