Но решится все этой ночью.

В суматохе вечерних сборов Финеас отыскал Исилвен, выхватил ее из стана Перворожденных, отвел в сторону.

– Держись подальше от Зафира и его чародеев. Эльфы пойдут вперед, но ты оставайся сзади, сохраняй для нас щит против Хаоса, большего не нужно. Обещай мне. Пожалуйста.

Исилвен кивнула, не отрывая взгляда от темного мага. Сказала тихо:

– Я тоже тебя попрошу. Во имя Эру и Хедина… не дай себя убить.

Финеас качнул головой:

– Не дам.

Закинув на плечо колчан и налучье, девушка оглянулась на мага в последний раз и исчезла в толпе.

Спустя несколько минут среди ратников послышались удивленные возгласы. Люди раздвинулись, давая проход статному витязю с пылающей лисьей шевелюрой и золотым ожерельем на груди.

– Беленус! – поразился маг. – И ты здесь?

– Великие воины не пропускают великие битвы, – надменно отозвался сид и тут же с неожиданным воодушевлением отсалютовал Финеасу мечом.

– Подойди к Лимдуру, вон тот высокий эльф в килте. Он объяснит все, что нужно, – сказал темный маг, едва посвятив Беленуса в краткую историю сражения у моравского храма.

Величавой походкой сид удалился к эльфам. А Финеас ринулся наперерез спешащему куда-то капитану. Завидев мага, тот на мгновение остановился.

– Идут! – крикнул он.

Закатные лучи догорали на тонкой полоске горизонта. Небо, ясное, без единого облака, медленно погружалось в сумерки.

Первыми появились крылатые твари. С визгом пронеслись по небу, наводя страху на выстроившиеся полки. А по земле прокатились едва ощутимые волны дрожи – орочьи отряды в тяжелых шипастых доспехах вынырнули из-за леса. За ними шли люди, рядом, скрытые за щитами заклятий, маги, а где-то вдалеке, не видимые даже колдовским зрением, двигались те двое, что были опаснее всей армии.

Черный маг находился там. Финеас чувствовал это даже не какой-то особой волшбой – нутром. Волны ужаса расходились от надвигающейся серой массы – крылатой и бескрылой. Дрогнули стройные ряды, попятились даже самые храбрые ратники. Только эльфы стояли не шелохнувшись в ожидании приказа своего командира. А еще маги…

Чародеи вступили слаженно. Вознеслись в небеса невидимые заклятия, и оцепенение, охватившее солдат, мгновенно пало, развеялось, подобно зыбкому мареву. Воины запереглядывались – так это была волшба! Ну нет, врешь, нас так просто не возьмешь. Поборемся, посражаемся – настоящий бой впереди.

И тогда с диким воем спикировали вниз крылатые. Их когтистые пальцы впились в доспехи солдат, потащили прочь, ломая строй. Раздались истошные крики. Но маги успели и здесь. Сразу десятка три заклятий вонзились в зеленокожую стаю, исторгая из тварей вой еще сильнейший. Ликование продолжалось всего несколько секунд, а затем сотня невидимых и полыхающих всеми цветами радуги чар рванулась к галльскому войску. Одновременно взметнулись в воздух стрелы – настал час луков и арбалетов…

Чародеи галлов и хаоситские слуги схлестнулись не на жизнь, а на смерть. Темнеющее небо озарилось яркими вспышками – этой битве не нужны были факелы. Грохотали сталкивающиеся заклинания, било во все стороны смертельное пламя, возводились и тут же рушились колдовские щиты. Стрелы нависли над полем громадной тучей, выкашивая противника с обеих сторон, но лишь те, что несли на себе эльфийское оперение, разили без промаха.

И это было только начало.

Пехота Зафира и Хессанора приближалась неумолимо. Сотня ярдов, полсотни… Звук трубы, резкий и тревожный, ударил в сердце, заставляя встать теснее и крепче сжать оружие.

– Вперед! – раскатились по всей долине зычные голоса галльских военачальников.

Ратники стукнули мечами о щиты, взрыли землю копытами боевые кони, блеснули в свете луны и колдовских зарниц обнаженные клинки. Обе армии ускорили шаг. Быстрее, быстрее, быстрее! А затем и вовсе побежали – громогласный воинский клич разорвал сгущающиеся сумерки. И… столкнулись, врезались, сшиблись грудь в грудь! Лязгнуло железо, почуяв кровь смертных, вгрызлось в живую плоть.

Без жалости, без милосердия.

Руби, бей, коли, рви зубами и топчи распростертых братьев – все равно сегодня умирать.

Финеас смотрел на разворачивающееся сражение с небольшого холма. Возле него сгрудилось несколько магов ордена, рядом стоял и мэтр Лидио. Они ждали. Их цель пряталась где-то за спинами вражеских солдат. Невидимая, но, скорее всего, ненадолго. Перевес сил был на стороне галлов, однако это касалось лишь смертных, и Финеас не сомневался, что, когда обе армии достаточно истощат себя, в бой вступит сам Зафир и его таинственный помощник. Хессанором должны были заняться эльфы, а черным колдуном – маги. Но еще рано. Ни тот ни другой пока никак не проявили себя.

Сеча, будто исполинская воронка, засасывала в себя все больше и больше людей. Чародейские всполохи сияли то тут, то там, выхватывая из темноты бьющихся воинов. Звенела сталь, вопли раненых терзали уши, а когти крылатых тварей рвали на части беззащитные тела. Часть зеленокожих чудовищ взмыла вверх и камнем рухнула на холм, где стоял Финеас и маги. До земли не долетело ни одно из них. Дюжина лучей прорезала небо, оставляя от тварей горстки бурого пепла, осыпавшиеся в траву.

Ночь тащила за собой тяжелое колесо луны, ее бледный свет наполнял долину новыми миражами и призраками. Шум битвы не смолкал ни на минуту. Повсюду, сколько хватало слуха, раздавалось бряцание металла и ржание коней, звучали команды военачальников и хрипели умирающие, выплевывая кровь и прижимая к животу собственные внутренности в отчаянной попытке дотянуться до врага. Рокот колдовских заклинаний отдавался в ушах: огненные шары, ледяные копья, мглистые удавки и сметающие все на своем пути водяные вихри – казалось, чарами наполнен любой порыв ветра.