Трудное время, которое переживал Хетар, начало отражаться даже на высших слоях его общества.

— Я знаю это потому, госпожа, что, если деньги попадают в меньшее число рук, страдают все, — спокойно ответила она. — Теперь ваш император предлагает начать войну. С какой целью? Он обещал гражданам Хетара землю и рабов, когда будет захвачено Дальноземье. Но Дальноземье пусто, и лучшие участки его земли принадлежат не народу, а императору, его друзьям или знати. Гай Просперо вновь обещает гражданам Хетара огромные богатства, если он сможет захватить Теру. Можно ли верить его словам, госпожа? Вы знаете, он снова лжет и ищет выгоду только для себя. В таких обстоятельствах Хетар не выживет.

Но хетарские женщины молчат в то время, как их мир вокруг них рушится. Их мужчин убивают тяжелым трудом или посылают на войну, на верную смерть, их дети кричат от голода, а они сидят спокойно.

Неужели правила хетарского общества, в которых все подробно расписано и четко ограничено, так глубоко засели в их душах, что они скорее умрут, чем заговорят? Они должны потребовать перемен!

Несколько долгих минут госпожа Джиллиан молчала, и туман равнины снов обволакивал обеих женщин. Наконец она сказала своей молодой собеседнице:

— Не могу не согласиться со многим из того, что вы сказали. Но как можно объединить женщин Хетара и заставить выступить в один голос? Кроме того, для действий остается очень мало времени, домина Теры. Весна начнется уже через три месяца после зимнего фестиваля.

— Я знаю, что времени мало, — согласилась Лара. — На побережье Теры уже лежит густой туман. Сейчас хетарским кораблям трудно, а может быть, даже невозможно пробиться сквозь него. Но позже они это смогут. И тогда хетарские мужчины умрут на узкой полосе песка, которая тянется вдоль берегов Теры. А те из них, кому удастся спастись на берегу, будут убиты теранскими войсками. Но мы не хотим этого. Мы жаждем мира, и я знаю, что хетарские женщины хотят того же.

— Вы просите, чтобы я подняла голос против Гая Просперо, — догадалась Джиллиан. — Возможно, я могла бы это сделать. Но скоро моя должность, а с ней и власть, которую она предоставляет, будут переданы в другие руки. Кроме того, выступление против императора может оказаться бесполезным.

— Почему?

— Сказать вам правду?

Лара кивнула, и Джиллиан улыбнулась в ответ:

— Советник Иона готовится свергнуть Гая Просперо. Император — один из немногих, кто не догадывается об этом. Конечно, никто из нас не скажет об этом вслух, но знать уже тайно переходит на сторону Ионы. А мое место скоро займет его мать, госпожа Фара. Тогда он сможет негласно контролировать гильдию женщин для удовольствий.

— Члены которой — женщины, — напомнила ей Лара.

— Иона хочет войны, — объяснила Джиллиан. — Он знает, что она закончится разгромом. Народ снова начнет винить в своих бедах Гая Просперо, и императора будет легче сбросить с трона.

— Я не могу поверить, что Гай Просперо не видит, что творится у него под носом. Он всегда был очень умным, — сказала Лара.

— Он совершенно потерял голову от любви к своей молодой императрице и ничего не видит, кроме Шифры. А теперь прошел слух, что она, возможно, беременна. Гай Просперо мечтает создать династию, которая будет править вечно.

— А как же Обин?

— Обин отказался от всех претензий на трон своего отца, когда император развелся с Вилией. Он член гильдии торговцев. Вилия двуличная женщина, домина. И опасная. Я думаю, хотя у меня и нет доказательств, она соблазнила господина Иону задолго до своего развода. Она честолюбива и очень хочет помочь своему новому мужу подняться выше. И, честно говоря, он больше подходит для ее честолюбивых замыслов, чем император, потому что сам так же честолюбив. Боюсь, эта пара опасна.

— Есть ли среди хозяек Домов удовольствий или других женщин такие, которым вы можете доверить свою жизнь? — спросила Лара у Старшей госпожи гильдии женщин для удовольствий.

— Да, — медленно кивнула Джиллиан.

По взгляду ее голубых глаз было видно, что она насторожилась.

— Встретьтесь с ними и поговорите о том, как бы вы могли объединиться с другими хетарскими женщинами и единогласно потребовать от императора прекратить подготовку к новой войне. Я составлю заклинание и окутаю вас его силой, чтобы никто не смог подслушать опасные слова, которые вы станете говорить другим, — сказала Лара.

— Эти женщины должны стать единственными, кто выступит против войны, которую задумал Гай Просперо? — спросила Джиллиан.

Лара улыбнулась, теперь она была уверена, что Джиллиан на ее стороне.

— Нет, — ответила она. — После того как вы заговорите, вас поддержат и другие. Но вы должны выступить первой, вас очень уважают женщины Хетара. И это обстоятельство, госпожа, спасет вас от наказания в первые дни восстания. Император, Иона и знать будут очень удивлены тем, что произойдет. Им придется решать, заставить вас замолчать силой или нет.