Палмер указал на отель справа от здания городской мэрии. Крупная вывеска на его крыше гласила: «Отель „Часы времени“».

— А что, часы здесь какая-то историческая ценность? — поинтересовался он.

— Откуда мне знать? Я здесь впервые.

— Да-да, совершенно верно. Боюсь, экспертом по Компьеню придется выступать мне.

Он попытался прочитать вывеску в витрине ресторана отеля:

— «Diner gastronomique». [14] Что ж, звучит заманчиво.

— Неужели такое возможно в небольшом заштатном городке?

Палмер припарковал машину.

— Видите? Там внутри посетители. В маленьких провинциальных городках, где обычно не толпятся туристы, большинство людей предпочитают есть дома. Соответственно, раз кто-то из них не поленился прийти сюда и заплатить, значит, еда здесь, скорее всего, должна быть более чем приличной.

Они вышли из машины. Грегорис слегка споткнулась на булыжной мостовой, и Палмер поддержал девушку, подхватив ее за руку. Кожа была на редкость нежной, хотя прямо под ней чувствовалась твердая кость. Она вообще казалась одной из современных звезд шоу-бизнеса — худенькая, длиннющие ноги. И большая грудь, во всяком случае, по сравнению со строением тела, может, даже непомерно большая!

Да, Элеонора определенно принадлежала к совершенно другому поколению, невольно подумал он, вводя Грегорис под руку в ресторан. А вот Вирджиния Клэри, наоборот — коренастая, пухленькая, как было модно и популярно раньше, до войны…

Они сели за столик в небольшой, довольно скромно обставленной зале. В отеле наверняка имелись и другие, причем, может быть, даже с более впечатляющим интерьером, однако солидные посетители явно предпочитали именно этот.

За столиком в самом углу четверо мужчин в строгих деловых костюмах заканчивали то ли затянувшуюся пирушку по поводу какой-то удачной сделки, судя по количеству пустых бутылок вина на столе, то ли поздний обед. За несколькими другими столиками сидели одиночные посетители, деловито, как свойственно французам, когда они заняты исключительно процессом поглощения пищи, работающие своими вилками и ножами и не обращающие внимания ни на что другое.

Молодая пара за самым дальним столиком поедала пищу в полном молчании, что свойственно большинству семейных европейцев. Они практически не смотрели друг на друга, а были заняты только своими тарелками, лишь изредка бросая быстрые взгляды на других посетителей. Какие-то короткие фразы произносились только тогда, когда официант приносил новое блюдо.

Палмеру и его спутнице принесли меню, напечатанное на простой бумаге и явно сделанное под копирку. Даже беглого взгляда на его содержание было достаточно, чтобы сделать определенные выводы: diner gastronomique стоил на несколько франков больше, чем обычный обед, но был намного разнообразней, особенно по части закусок.

Официант, любезно улыбаясь, разложил на белоснежной скатерти столовые приборы, поставил корзинку с тонко нарезанным хлебом, масленку и, конечно же, бордового цвета салфетки. Затем обратился к ним по-французски.

— Parle anglais? [15] — спросил его Палмер. Официант почему-то резко отшатнулся и торопливо исчез. — Ну и что я такого сделал? С чего это он так обиделся?!

Мисс Грегорис пожала плечами.

— Наверное, вам следовало бы доверить заказ мне. Думаю, так было бы намного проще.

Не прошло и минуты, как от группы бизнесменов, сидевших в углу, отделился полный, низенького роста человек с каким-то буклетом в руках, на вид лет шестидесяти — очевидно, хозяин или метрдотель — и быстро подошел к ним.

— Добрый вечер, m’sieur-dame. [16]

Он детально и со знанием дела ознакомил их с содержанием меню, даже не заглядывая в него. Они практически вслепую заказали несколько легких закусок, начав со спаржи в винном соусе. Метрдотель одобрительно закивал головой.

— Сейчас как раз самый сезон для спаржи, — подчеркнуто значительным голосом заметил он.

— Здесь у вас по меньшей мере шесть видов спаржи, — сказал Палмер. — Значит, вы советуете именно вот эту, в винном соусе?

— Безусловно! — Метрдотель яростно замотал головой, будто отрицая саму возможность того, что любое из остальных пяти блюд из спаржи в меню может стоять рядом именно с этой, в винном соусе.

У него было округлое лицо, красные щеки и реденькие светлые волосики с уже наметившейся сединой. Определившись с закусками, он быстро записал заказ на первое и второе, оставил буклет на столе и, вежливо кивнув, удалился на кухню. Палмер открыл буклет и увидел еще один напечатанный на машинке текст на французском языке, на этот раз озаглавленный «Отель „Часы времени“». Он передал текст мисс Грегорис для перевода, и она тут же быстро пробежала его глазами.

— «Первый отель „Часы времени“ был построен в 1515-м году», — начала переводить она, пропуская детали, то есть ненужные параграфы. — «Здесь останавливались короли, императоры, известные художники, поэты и даже мировые финансовые магнаты, такие как, скажем, Рокфеллер». — Она чуть передохнула. — Ах да, вот послушайте, что здесь написано: сам великий Александр Дюма для нескольких самых впечатляющих сцен своего всемирно известного романа «Граф Монте-Кристо» выбрал местом действия именно номера отеля «Часы времени». Вот это да!