— Там повсеместно используется живая ткань в сочетании с механикой, — сказала Фрост. — Попросту говоря, корабль — это гигантская кибернетическая конструкция, чрезвычайно сложная. И если то, что мы нашли, действительно гиперпривод, то он намного превосходит аналогичные устройства Империи.

За этим последовала напряженная пауза, как будто все хотели что-то сказать, но никто не решался сделать это первым. О некоторых вещах благоразумнее было не говорить вслух, тем более что все разговоры фиксировались искусственным мозгом. Сохранение лояльности Империи было программной установкой для исследователей. Они должны были очень четко представлять, в чем кроется измена или угроза безопасности Империи. Сайленс задумчиво посмотрел на Кэрриона.

— Пришельцы внутри Базы.

— Согласен, капитан.

— Значит, ты проведешь нас сквозь защитный экран.

— Нет, капитан.

Сайленс бросил на него негодующий взгляд, и от внутреннего противоборства двоих мужчин, казалось, в воздухе пробежала искра. Морские пехотинцы слегка дотронулись до своего оружия, и этого было достаточно, чтобы Кэррион оказался в секторе обстрела.

— Я могу пробиться сквозь экран, — сказал Кэррион, — но ты ни при каких обстоятельствах не должен проникать на Базу.

— Я вынуждена согласиться с этим, — подтвердила Фрост. — Капитану незачем подвергать себя риску, это обычное правило.

— В нашей экспедиции нет ничего «обычного», — резко возразил Сайленс. — На правах командира я приму то решение, которое посчитаю нужным. Я должен быть на месте событий и следить за сменой обстановки. А в том, что эта обстановка изменится, как только мы попадем на Базу, я не сомневаюсь. Я в достаточно хорошей форме, а больше ничего и не требуется. Я думаю, морские пехотинцы имели возможность убедиться, что со мной не произошло ничего серьезного.

— Это правда, — подтвердил Стэйсяк, не отрывая глаз от Кэрриона, который демонстративно не обращал на пехотинцев внимания. Отступник наблюдал за Базой, спрятанной за переливающимся опалово-молочным экраном. И если что-то изменилось в выражении его лица, то никто из стоявших рядом людей не уловил этого.

— Тогда пойдемте, — сказал он спокойным голосом. — Чем раньше мы начнем, тем скорее управимся с делом. И да благословит Бог тех, кто не вернется оттуда!

Он пошел по направлению к Базе, а через мгновение за ним последовали Сайленс и Фрост. Пехотинцы замыкали шествие. Стэйсяк переглянулся с Риппером.

— Этот ублюдок не унывает, правда?

— А ты как думал! — беззлобно отреагировал Риппер. — Ведь он же был разведчиком.

…Они стояли перед Базой, и светящийся перламутровый экран как будто разглядывал их, немой и загадочный. Он как будто дразнил их. За непроницаемой стеной энергии могло происходить все что угодно. Буквально все. Кто-то другой мог быть деморализован непреодолимостью преграды, но не капитан Сайленс: у него в рукаве был козырной туз. У него был Кэррион.

Сайленс взглянул на отступника. Тот по-прежнему держался рядом с Фрост, их плечи даже соприкасались. Они выглядели так, будто решили больше никогда не расставаться, соединенные общим прошлым и какими-то общими тайнами, слишком серьезными, чтобы посвящать в них кого-либо еще. Сайленс почувствовал банальную ревность. Он до сих пор считал Кэрриона своим другом. Но на самом деле это было совсем другое время и совсем другие люди. И сейчас Сайленсу хватило мужества признать, что в сравнении с Кэррионом он все больше проигрывал.

Пехотинцы стояли чуть поодаль с оружием в руках, не сводя недоверчивых глаз с Кэрриона. С их точки зрения он представлял самую большую опасность в этом предприятии, потому-то они и решили наблюдать за ним до тех пор, пока ситуация не прояснится. Пехотинцы предпочитали решать проблемы простейшим образом, перекладывая все заботы на плечи офицеров.

Экстрасенс не обращала на них внимания и так серьезно вглядывалась в защитный экран, словно могла с помощью своего биополя преодолеть его и увидеть, что происходит внутри Базы. К сожалению, даже ее возможности были для этого недостаточны. Именно поэтому Сайленсу и понадобился Кэррион.

Капитан еще раз посмотрел на отступника и слегка вздохнул. Откладывать начало операции больше было нельзя. Наступил момент истины, и пусть теперь всем распорядится судьба. Он мысленно включил переговорное устройство.

— Один, ты осуществляешь контроль за обстановкой с катера. Следи за нашим проникновением на Базу и фиксируй все, что происходит. Если наша вылазка закончится крахом и все мы погибнем, ты должен любой ценой возвратиться на «Ветер тьмы» и представить полную информацию о том, что произошло. Тем, кто пойдет после нас. Доложи о приеме.

— Принято, капитан. Удачи вам!

Сайленс взглянул на Кэрриона.

— Время. Выполняй свою задачу!

Отступник кивнул. Его взгляд сосредоточился на силовом экране. Он сделал шаг вперед и протянул руку, чтобы дотронуться до силового поля. Крупные искры статического электричества сверкнули в воздухе, но кроме этого, ничего не произошло. Что и казалось странным. Поле должно было убить нарушителя в мгновение ока. Оно и убило бы любого другого человека.

Кэррион с силой нажал на экран, но тот не поддавался. Отступник слегка улыбнулся, как будто заранее ожидал этого, и отошел назад. Он поднял свое импульсное копье и прикоснулся его острием к силовому полю. Вокруг того места, где копье и поле соприкоснулись, вспыхнула искрящаяся корона. Кэррион нажал сильнее, и экран стал расходиться. Кэррион взял свое оружие обеими руками и медленно вошел в пределы силового поля. Мощная энергия бурлила и клокотала вокруг него, радужные волны света прокатывались над его головой.