В тот момент, когда передо мной оставалось с пяток человек, я увидел то, что должен был заметить с самого начала. За игравшими в кости арбалетчиками, скрываясь в густой тени, у одной из двух массивных створок, стояла пожилая женщина в синей накидке с красным кругом на груди. Она о чем-то непринужденно разговаривала с капитаном стражи и нет, нет да бросала внимательный взгляд на проходящих мимо нее людей.

Ходящая!

Дело принимало дурной оборот. От носителей «искры» следовало держаться как можно дальше, несмотря на то, что прошло семь лет. У некоторых людей длинная память. В этом я смог убедиться еще утром, когда тот гаденыш сел мне на «хвост». Он видел меня всего лишь раз и узнал, даже несмотря на то что за время путешествия из Песьей Травки я успел обзавестись бородой.

Выход из очереди был бы слишком подозрительным, тогда на меня точно обратят внимание.

— Кто? Откуда? Куда? — спросил меня уставший стражник.

Поздно бежать.

— Мастер — плотник Парс. Из Оглада. По приглашению.

Я назвал имя не слишком важного вельможи из городского совета. Как и предполагалось, проверять меня не стали.

— Дорогу знаешь?

— Не первый раз здесь.

— Тогда не задерживай. — Солдат потерял ко мне всякий интерес.

Я поблагодарил, вошел в прохладу арки ворот. Ходящая скользнула по мне взглядом и продолжила разговор с капитаном. Я облегченно перевел дух. В первую очередь она ищет Дар, а потом уже приглядывается к лицам. Повезло.

Огромный коридор внутри стены. Под потолком висели мостики, на которых, если враг снесет преграду, могут разместиться стрелки. Бойницы в стенах, две поднятые стальные решетки. Через пятьдесят шагов я преодолел коридор, миновал внутренние створки ворот, по толщине ничем не уступающие внешним, и оказался во Внешнем городе. Как и предполагал, стражи у выхода из Салатных ворот оказалось ничуть не меньше, чем у входа. Если возле того места, где стоит Ходящая, внезапно начнется заварушка, ребята успеют прийти на помощь или опустить решетки.

Любимый город может спать спокойно. Во всяком случае, какое-то время.

Моя цель находилась за второй стеной, между Гаванью и Птичьим городом. «Птичьей» эту часть Альсгары прозвали потому, что здесь издавна жила община йе-арре. Район их обиталища начинался на вершине гигантского холма и плавно спускался к морю.

У летунов была непроходящая страсть к строительству. Поэтому они возвели видимо-невидимо разномастных башен. Толстых, тонких, высоких, низких, со шпилем, без шпиля, каменных, деревянных, достроенных и только строящихся. Они встречались едва ли не через каждые тридцать ярдов. Как говорят злопыхатели, по количеству башен Птичий город уже давно переплюнул Высокий.

Пожалуй, это правда. Йе-арре любят взлетать с высоких «насестов», тут уж ничего не поделаешь.

Кварталы оказались на удивление пусты. Отчего-то склочные крылатые ребята сегодня не слишком спешили на улицу. Я не увидел ни одного представителя этого племени. Лишь немногочисленных жителей других частей города и конечно же хмурых стражников. Последних оказалось, напротив, поразительно много. Интересно, что произошло, если сюда согнали столько блюстителей порядка? На моей памяти не было такого, чтобы йе-арре сидели по домам и небо над Альсгарой пустовало.

По легендам летуны пришли в земли Империи откуда-то из-за Великой пустыни много веков назад. Вот уж не знаю, что заставило этот народ спорхнуть с насиженного насеста и прискакать к нам в гости, но их приняли, пускай и без большого восторга. Тогдашнему правителю показалось хорошей идеей использовать крылатых людей в качестве гонцов и летающих стрелков. Худо-бедно Сыны Неба с этим справлялись (но чаще враждовали друг против друга и устраивали мелкие пакости другим народам Империи). В итоге из Альсгары, Гаш-шаку и Окни их вежливо попросили и выделили достаточно большой кусок необжитой земли между Сандоном и Улороном. Люди в насмешку обозвали место, куда отправили жить йе-арре, Обетованным краем. Все прекрасно понимали, что «птички» попали между молотом Улорона и наковальней Сандона. Высокородные вне всякого сомнения должны были прожевать ненадежных союзников Империи и выплюнуть только их перья.

К всеобщему удивлению, Сыны Неба выстояли против остроухих. И мало того — в конечном счете помогли нашей армии вышибить тех из Страны Дубов [42] в Сандон. А уж когда Император двенадцать лет назад все же заключил с дельбе [43] лесного народа вечный мир, жизнь в Обетованном крае и вовсе началась спокойная и вольготная. Некоторые умники из людей даже хотели забрать плодородную территорию обратно, но йе-арре показали зубы, и их оставили в покое.

Однако не все Сыны Неба отправились жить на восток страны. Большая община осталась в Альсгаре. Городской совет согласился терпеть их, так как четверть доходов в казну города поступала от тканей, которые создавали летуны. Столь же прекрасные, как восточные шелка, они стоили умопомрачительных денег, и ради них в порт приплывали корабли со всего света. Часть выручки конечно же отправлялась в лапы городскому совету и Наместнику. Так что влиятельным умникам было бы глупо отказываться от такой замечательной золотой кормушки.