– Хорошо. А Тася?

– А что Тася, она офигенная девчонка, - пожал плечами Ник.

– Ну ты же пытался что-то там...

– Пытался, - согласился парень.
– Пока больше не желаю.

– Почему же? Струсил?
– тут же ухватилась Инга.

– Ещё чего! Ну, она же встречается с парнем...Мне не хотелось бы разлучать любящие сердца, - произнёс Ник, а потом неожиданно для Инги нахмурился.
– О да, я, чёрт подери, жутко честный и чужих девчонок не отбиваю. Если только в крайних случаях.

– В каких крайних?
– поинтересовалась Инга.

– Я не отбиваю...если только по уши не влюблюсь, - заявил Ник, глядя ей в глаза так, что по телу девушки поползли мурашки, а память услужливо воспроизвела сцены их поцелуев. Очень горячих и чувственных поцелуев. Инга с ужасом поняла, что как дурочка краснеет. Девушка отвернулась, не заметив проблеск улыбки на лице Ника, улыбки, наполненной надеждой.

– Да уж, по твои уши влюбиться...это, наверное, очень сильно. Ты вон как высокий, - пробормотала Инга, стараясь собраться. И почему это заявление парня так выбило её из колеи?

– Не знаю, пока не влюбился, - беззаботно отозвался Ник.
– Но знаешь, всё может быть. Говорят в жизни таких оболтусов, как я, иногда появляется та самая единственная, которая заставляет этого самого оболтуса всякие глупости делать и быть паинькой. По праздникам.

– Ещё бы. Ты едва ли способен стать для любимой девушкой тем, кого она видит рядом с собой, - ни капли не удивилась Инга.

– А зачем мне та девушка, которая хочет, чтобы я менялся? Я лучше найду такую, которая примет меня таким, каков я есть, а там уже ради неё и буду меняться и избавляться от браков в характере.

– Твой характер один сплошной производственный брак, - услужливо напомнила Инга.

– Про твой, куколка, я лучше промолчу, - многозначительно улыбнулся парень.- А вот и приехали. Тебя выгрузить?

– Я и сама справлюсь, - гордо вскинув голову, произнесла Инга. Хорошо, конечно, когда тебя на руках таскают, но не такие идиоты, которые один свой добрый поступок будут тебе ещё всю жизнь припоминать.

– Ага, как же, - вздохнул Ник. И едва Инга успела хоть одну ногу поставить на тротуар, как парень всунул ей ключи и вытащил из машины, схватив на руки.
– Закрой машину, детка, вон на ту кнопочку...

– Да пошёл ты, - стиснув зубы, Инга нажала нужную кнопку.

В кафе они вошли словно молодожёны. Официантки тут же принялись перешёптываться. Наконец, когда они уселись за столик, одна из них всё же поинтересовалась, не молодожёны ли они. В ответ она получила взгляд Инги а-ля "Ты дура", а Ник и вовсе перекрестился, а затем для верности ещё и три раза сплюнул через левое плечо и постучал по спинке деревянного стула. И тут же получил в лицо салфеткой от своей спутницы. Всё это несказанно раздражало Ингу, но вместе с тем и веселило.

– Что будешь заказывать?
– поинтересовался Ник, подняв выразительные глаза над меню.

– Твою голову. Хорошо прожаренную. С яблоком во рту.

– Лучше с апельсином...- невозмутимо поправил Ник.

– Почему это ещё?

– Потому что оранжевый подойдёт к моей смертельной бледности.

– Ты будешь поджарен, - злорадно усмехнулась Инга, старательно не представляя всё то, что только что нафантазировала.

– Уже сделали заказ?
– официантка снова оказалась рядом.

– Да, но боюсь, такого у вас не готовит, - пробормотала под нос Инга.
– Банановое мороженое с шоколадом. Двойную порцию. И ещё молочный коктейль, который большой.
– уже громче произнесла она.

– Сладкая, а у тебя не слипнется?
– проворковал Ник.

– Это у тебя сейчас левый глаз слипнется, потому что я влеплю в него свой кулак, - бросила девушка. Драться она вообще не умела, но ради того, чтобы этот идиот перестал её так раздражать, она была готова и на импровизацию. В конце концов она смотрела боевики и не так уж это и сложно, побить человека.

За этими шуточным мыслями в голове девушки, тем не менее, царили и другие мысли. Например, такие: "Если он тебя так раздражает, почему ты просто не возьмёшь и не уйдёшь? Больная нога? Ха, отговорка! Скажи ты серьёзно о том, что не хочешь его видеть, он тут же бы отвёз тебя домой и дело с концом."

Домой...Инга нахмурилась. От её тёплого и уютного дома ничего не осталось. Родителей она практически не видела. Даже мелкого избегала и не знала, как смотреть в глаза ребёнку...Как он переживёт это? Гладышева даже и думать не хотела, какого сейчас бедному Егору.