* * *

– Вот почему я говорила это с самого начала. Будешь дураком, если всерьёз отнесёшься к этому типу. О, вкусно. Я правильно сделала, что заказала это, в конце концов!

– Можешь и десерт заказать. Я правда извиняюсь, Ами-тян. Это Я-тян виновата, что втянула тебя во всё это… Глаза не болят? Я правда извиняюсь, что твоя одежда запачкалась…

– Да всё нормально. Хорошо, что я сразу вымылась, так что ни лицо, ни тело, ни волосы не пострадали. А одёжки и так были чёрными, так что надо просто от запаха избавиться.

– Не забудь спросить компенсацию за чистку с Я-тян.

– Да всё хорошо. Достаточно того, что вы меня накормили! Я действительно счастлива сегодня, что все меня угощают!

Ами улыбалась, пребывая в режиме милой девушки. Её волосы уже высохли. Она надела то, что Тайга ночью использовала как пижаму – футболку и тренировочные штаны. Её же вещи пошли в мешок для стирки. Тайга, сидящая рядом с ней, сосредоточенно наматывала спагетти на вилку.

После того, как волосы Ясуко и Ами высохли, все четверо пошли ужинать в итальянский ресторан у станции. Ясуко настаивала, что сама расплатится в знак извинения за хлопоты Ами.

– Кавасима, поесть здесь действительно здорово?

– Да, а почему ты спрашиваешь? Здесь вкусно готовят, мне нравится.

– Не понимаю… Разве ты не ела спагетти на обед?…

– Да. Разве итальянцы не едят спагетти на завтрак, обед и ужин? Ох, Такасу-кун, ты думаешь, что я действительно пустоголовая? Значит, ты правильно меня понимаешь! Обо мне всегда так говорят! И Айсака-сан тоже понимает правильно!

– Хе-хе. – Долгожданные жеманные манеры Ами наконец прорезались, когда она посмотрела на Тайгу, лучезарно улыбаясь. Тайга никак не отреагировала, полностью игнорируя повернувшуюся к ней Ами и продолжая играть своими спагетти. Ясуко сказала Тайге…

– Тайга-тян… Это Я-тян виновата, что Китамура разозлился… Извини…

Тайга немедленно вскинула голову…

– Угу… Нет, я не злюсь на Я-тян! Я тоже помогала держать Китамуру. Должно быть, он злится на меня…

Тайга тряхнула головой, но в её голосе явно не хватало её характерной силы воли. Может, она расстроилась, подумав, что Китамура на неё разозлился? Она тихо сидела рядом с Ами, похоже, ей не хватало сил даже на то, чтобы донести спагетти до рта. Но если об этом спросить Рюдзи, он мог бы сказать, что Тайге незачем расстраиваться из-за Китамуры и что им лучше оставить его в покое. Это было единственное, что они могли сейчас сделать. Насколько нормальным может быть парень, который явился в таком жалком виде, нуждаясь в сочувствии, да ещё и кричит «не трогайте меня»?

– И что тут плохого? Мы уже убедились, что Китамура именно таков, как о нём говорит Кавасима.

– Ох… – Ясуко взглянула на сына, загрузившего в рот большую порцию спагетти…

– Рю-тян, ты не должен злиться на Китамуру. Ты не должен говорить так, когда на самом деле беспокоишься о нём. Слышишь меня? И мы должны быть счастливы, что такая милая гостья, как Ами, ужинает с нами сегодня! Ладно, ладно, улыбнись!

– Ясуко-сан! Такасу-кун не может быть счастлив, потому что я здесь!

– А-а? Вот как? Это странно, но Ами-тян такая милая.

– Потому что у Такасу-куна уже есть «это»!

Кхе!Самое время, чтобы в глотку Рюдзи попал соус чили. О чём она говорит? Он действительно хотел выяснить, но безостановочно кашлял. Ясуко в замешательстве подняла голову…

– Это?

Кхе, кхе!Теперь поперхнулась Тайга. Она была шокирована, потому что рука Ясуко указала прямо на неё. На лице появилась гримаса крайнего отвращения, их действия зеркально повторяли друг друга. О чём именно думает Ами?Та продолжила с ангельской улыбкой на лице…

– Нет, не то, кое-кто другой!

– Ха! Это не Тайга-тян?! Хнык! Я-тян всё время надеялась, что Тайга-тян станет невестой Рюдзи и членом нашей семьи!

– Ч-что ты такое говоришь… Кхе, кхе! Кавасима! Что за чушь ты несёшь?!

– О, Такасу-кун не хочет, чтобы родители знали о подобных вещах? Как бы ты ни скрывал это, члены семьи всё равно узнают, что ты выйдешь на следующий уровень не с Айсакой-сан, а с другим человеком. Но всё хорошо, Ясуко-сан! Если вы хотите, чтобы Айсака-сан стала членом вашей семьи, вы просто должны удочерить её, поскольку в семье Айсака нет понятия кровного родства.

– А, это тоже вариант! Но Я-тян не знает, что за человек мать Тайги-тян…

– Вы обе чересчур разболтались! Держите себя в руках! Несёте всякую чушь, как сейчас!

Рюдзи не выдержал и оборвал их разговор. Этот разговор людей, не представляющих себе положение Тайги, был слишком близок к её сердечной ране.

– Рюдзи, самый болтливый здесь ты.

Но выражение Тайги совсем не изменилось. Она лишь тряхнула волосами…

– Я не хочу, чтобы Рюдзи или кто-то ещё вмешивался в мою жизнь. Я не против, чтобы так продолжалось, потому что я могу жить одна. Я могу брать деньги, когда они мне нужны, я умею мыть посуду, я даже знаю, как жарить яичницу. У меня нет никаких проблем, когда я живу одна, и я вообще не боюсь будущего!