Сузан нисколько не смущало то, что она говорила откровенные пошлости. Наоборот, в данном случае это было не просто уместно, но и необходимо. Следовало и дальше внушать Майклу, что он допустил супружескую измену не по глупости, не по пьянке, а под влиянием момента, поддавшись внезапно вспыхнувшей большой и чистой любви, причем любви взаимной.

Накануне Сузан уже сделала все, чтобы Майкл был уверен: не она его соблазнила, а он сам не удержался от нахлынувших на него чувств. Когда они оказались в спальне, полностью отдала инициативу в руки Майкла, позволив тому продемонстрировать его весьма скромные возможности.

Сузан это вытерпела, и теперь у нее были все основания действовать активнее, объясняя невесть откуда взявшуюся пылкость возвышенным чувством любви, о которой она сейчас и твердила Майклу. Он же, совсем ошалевший от ее изощренных ласк, только иногда мычал в ответ да издавал сладостные стоны.

А Сузан продолжала гнуть свое:

— Ты чувствуешь, что мы одно целое? Не представляю, как я могла жить без тебя до сих пор!

— И я… — выдохнул Майкл, впервые произнеся что-то членораздельное.

Сузан одобрительно улыбнулась. Майкл же, вдохновленный этой улыбкой, изо всех сил старался соответствовать тем эпитетам, которыми щедро одаривала его красотка: сильный, нежный, страстный…

Вообще-то она затеяла эту игру с Майклом сначала просто из озорства. А затем, когда он клюнул, сообразила, что сможет легко выкачивать из него деньги, в которых она сейчас остро нуждалась. Но разве плохо, если Майкл заодно будет удовлетворять и другие ее потребности?

Вот только бы он — простак и честный семьянин — не испугался своей нечаянной измены и не отрекся от нее. В этом случае, разумеется, можно прибегнуть к шантажу, но не хотелось бы. Надо все уладить полюбовно.

И еще — надо научить Майкла, как он должен вести себя с женой, чтобы ненароком не проболтаться ей о своих приключениях на стороне.

Утром, как и ожидала Сузан, для Майкла наступило отрезвление. Что он натворил? Как теперь посмотрит в глаза Джудит? Что скажет ей?

Острое чувство стыда буквально парализовало его. Он оцепенело лежал с постели и не видел никакого выхода из этой дурацкой, мерзкой ситуации. Сузан тем временем тоже проснулась и, даже не взглянув на Майкла, тотчас же поняла, что с ним происходит.

Ох уж эти примерные мужья! Набедокурят втихую, а потом выручай их, утешай, подсказывай нужное решение.

Хорошо хоть не выставил ее вон. А ведь мог бы! Сказал бы жене, что ее так называемая подруга пыталась его соблазнить и он, возмущенный и оскорбленный, вытолкал ее за дверь. Сузан, конечно, могла бы объяснить Джудит, как все было на самом деле, но та, несомненно, предпочла бы поверить мужу, а не ей.

К счастью, Майкл до этого не додумался или попросту не захотел так скоро потерять Сузан. Сегодняшняя ночь, несомненно, произвела на него огромное впечатление, которое сейчас надо было закрепить.

И Сузан, притворяясь, будто еще спит, по-кошачьи приникла к Майклу всем телом. При этом ее рука — безвольная, «сонная» — медленно переместилась с груди Майкла на живот и замерла где-то ниже пупка.

Майкл встрепенулся. Нехитрая уловка Сузан мгновенно заставила его сосредоточиться на ее руке, двигавшейся вроде бы в нужном направлении, но почему-то остановившейся на полдороге.

Однако в сомнениях Майкл пребывал недолго. И вскоре, отринув страх и угрызения совести, набросился на Сузан с такою страстью, какой не испытывал ни разу в жизни.

— Я не хочу с тобой расставаться! — воскликнула Сузан спустя несколько минут.

— Я тоже! — решительно заявил Майкл.

— Тогда сними для меня какой-нибудь недорогой номер. Будешь приезжать туда, когда захочешь. А Джудит скажешь, что отвез меня в отель сразу после ужина и я здесь не ночевала.

— Хорошая идея, — согласился Майкл. — Только почему же мы должны встречаться обязательно в недорогом номере?

— Потому что у меня, к сожалению, совсем нет денег, — пояснила Сузан, потупив взор.

— Ну, это поправимо! Я поселю тебя в самом дорогом отеле и обещаю, ты ни в чем не будешь нуждаться!

Как человек деловой и обстоятельный, Майкл сам выбрал для Сузан номер, соответствующий ее великолепию, вручил ей чек на мелкие расходы, но на крупную сумму и лишь затем отправился в свой банк.

Глава четвертая

Подруги

Роберт Уоллсон оказался не по возрасту ладным крепышом с густой шапкой седых волос, обрамлявших загорелое лицо. Встречая гостью, он широко улыбался, но Джудит приметила в его глазах какую-то застарелую боль или печаль.