— Ты мог вернуться раньше и заехать сюда по делу, — подбросила ему идею Сузан, но Майкла это не успокоило.

— Мне вообще показалось, что Форестер все понял. Да и я вел себя не лучшим образом…

— Надеюсь, ты не сказал, с кем у тебя была «деловая встреча»?

— Я же не полный идиот, — обиделся Майкл. — Или ты так не считаешь?

Сузан сочла вопрос риторическим и в свою очередь спросила, видел ли Дэниел, как Майкл выходил из ее номера.

— Нет, — уверенно ответил он. — Мы встретились у лифта.

— Значит, у Форестера нет никаких доказательств, — заключила она. — А то, что он тебе не поверил, на мой взгляд, даже к лучшему.

— То есть? — не понял Майкл.

— Насколько я могу судить, Форестер — человек порядочный, — пояснила Сузан, — и не станет специально докладывать Джудит, что видел тебя здесь. Вот если бы он ничего не заподозрил, то мог бы случайно проболтаться.

— Может, мне стоило прямо попросить его, чтоб держал язык за зубами? — вполне серьезно произнес Майкл. — Я ему позвоню!

Сузан посмотрела на него с сожалением: в горячке этот бедняга способен был натворить каких угодно глупостей. Что ж, придется рассказать ему о намеке, который сделал Форестер.

— Советую тебе воздержаться от каких-либо действий, — предостерегла она. — Форестер как бы невзначай обмолвился, что встретил здесь знакомого банкира.

Майкл в ужасе схватился за голову, но Сузан велела ему успокоиться и дослушать ее до конца.

— Это было сказано лишь затем, чтобы выведать, не ко мне ли ты приходил! Значит, он нисколько не сомневается, что у тебя здесь состоялось любовное свидание. Поэтому не вздумай ему звонить! Форестер и так будет молчать.

— У меня нет такой уверенности, — с сомнением покачал головой Майкл. — Мы оба недостаточно хорошо знаем Форестера, чтобы это утверждать.

— А если так, то просить его сохранить твою тайну просто глупо. И к тому же небезопасно. Сейчас у него имеются только подозрения, а ты хочешь подбросить ему доказательства!

— Пожалуй, ты права, — согласился Майкл. — Но неужели нельзя ничего придумать, чтобы не зависеть от этого проклятого Форестера?

— Выход только один: убрать свидетеля! — мрачно пошутила Сузан.

— Конечно, я сам виноват, — принялся укорять себя Майкл. — Если б не засиделся тут, а вышел хоть минутой раньше…

— Ой, не надо заниматься самобичеванием! — взмолилась она. — Терпеть этого не могу.

— Прости, — повинился он.

Сузан ласково погладила его по макушке. Майкл, блаженствуя, закрыл глаза, расслабился, но вдруг встрепенулся:

— Скажи, он еще намерен сюда приходить или уже все у тебя выяснил?

— Не знаю, — развела руками она. — Пока книжка не закончена, могут возникнуть еще какие-то вопросы. К тому же он забыл здесь один из своих блокнотов.

— Пошли ему по почте в редакцию, — злобно прошипел Майкл.

Сузан не приняла его совет всерьез, зато ее внезапно осенила отличная идея.

— Нет уж, Форестера придется какое-то время потерпеть и ссориться с ним нельзя. А вот в будущем мы должны вести себя осмотрительнее. Мало ли кто еще может забрести в этот отель! Ты человек известный, у тебя множество знакомых…

— Что ты предлагаешь? — нетерпеливо спросил Майкл.

— Я не уверена, возможно ли это, — притворилась смущенной Сузан, — но было бы хорошо, если бы ты снял или купил для нас небольшой загородный домик. Приезжал бы туда, не опасаясь нарваться на кого-нибудь из знакомых.

— Да, так и следует поступить, — одобрительно кивнул Майкл. — Сможешь этим заняться сама?

— Но у меня же нет денег, — потупилась она.

— А у меня нет времени! — шутливо парировал Майкл.

— Прости, — верно поняла его намек Сузан. — Я тебе уже говорила о своем приятеле — торговце недвижимостью. Так вот он, узнав, что я живу в отеле, дал мне добрый совет: жилище надо не снимать, а покупать в кредит. Это гораздо выгоднее.

— Кто ж этого не знает! — заметил Майкл. — Пусть твой приятель лучше подберет для тебя подходящий особнячок.

— Для нас, — поправила его Сузан, хотя формулировка Майкла понравилась ей больше.

— Да, для нас! — мечтательно произнес он и жадно поцеловал Сузан в губы.

Джудит вернулась в Лондон одна, без сына. Поддалась на уговоры родителей. Да и Эндрю не слишком рвался домой. Конечно, он обрадовался приезду матери и в первый день буквально не отходил от нее, но уже в воскресенье утром отправился удить рыбу.

Страсть к рыбалке, бесспорно, передалась ему от деда. Тот всегда тяготился городской жизнью и при малейшей возможности уезжал в свое родовое поместье, где мог часами просиживать с удочкой у тихой речки, больше похожей на ручей. В Лондоне его удерживала только Джудит: он хотел, чтобы дочь получила хорошее образование. Но когда Джудит подросла и перестала нуждаться в родительском присмотре, отец уговорил мать окончательно переселиться туда, где прошло его детство.