Руби взяла со стола меню и принялась обмахиваться им, чувствуя, как горят щеки. Она никогда бы не подумала, что ее может так привлечь подобный взгляд на жизнь. Одно было ясно: добровольное воздержание с каждой минутой казалось ей все более нелепым. Она даже придумала план своих дальнейших действий: на этот раз она соблазнит его, заставит поменяться местами, прежде чем они разбегутся.

Проблема состояла только в том, что Руби флиртовала с ним напропалую все утро, а он до сих пор не заглотил приманку.

— Это личный или профессиональный интерес? — осторожно спросил он, и Руби встрепенулась: неужели лед тронулся?

— Попробуй догадаться, — предложила она.

Он протянул руку через стол и переплел пальцы с ее пальцами.

— Может быть, ты завуалированно даешь мне понять, что уже оправилась от уколов щетиной?

Она поднесла его руку к губам, провела языком по костяшкам пальцев и ухмыльнулась, когда он вздрогнул.

— Не сказала бы, что делаю это завуалированно, Кэллум.

Он рассмеялся и крепче сжал ее руку, вставая и поднимая ее со скамьи.

— Грязная девчонка! — пробормотал он, притягивая ее к себе и сжимая ее бедро. — Надеюсь, ты понимаешь, что играешь с огнем?

Сердце Руби забилось быстрее. Она положила руку ему на затылок и погладила короткие завитки волос, которые все утро притягивали ее взгляд.

— Обожаю играть с огнем.

Она провела пальцем по его щеке, чувствуя уже начавшую пробиваться щетину, хотя он побрился всего несколько часов назад.

— Его так приятно приручать.

— Приручать? — поднял брови Кэл, и его улыбка стала чуть менее широкой. — Я не лошадь, чтобы меня приручать, Руби. Лучше бы тебе понять это.

В его голосе промелькнула угрожающая нотка, и Руби покраснела, почувствовав укол обиды.

— Что ж, это хорошо, Кэл. Потому что я тоже не такая.

По крайней мере, она пыталась заставить себя поверить в это. Она не была дурой и понимала, что Кэл может только утолить ее страсть, ничего больше требовать от него нельзя.

— Я думала, ты понял, — добавила Руби, — что я с тобой только для секса. Я использую тебя.

Конечно, им было хорошо и весело вместе, но Руби не стала бы заводить отношения с Кэлом, даже если бы в мире больше не осталось мужчин. Он слишком... Слишком хорош. Слишком умен, слишком обаятелен, слишком сдержан. У него не было ни одного слабого места. Все это делало его отличной секс-игрушкой, но никакая разумная женщина не рискнула бы влюбиться в него.

Кэл усмехнулся, и угрожающий блеск исчез из его глаз.

— Используешь меня? — переспросил он и наклонил голову, ловя губами ее палец. — Хотел бы я посмотреть на это!

Руби улыбнулась. Ничего страшного не случилось, можно продолжать следовать выбранным курсом.

— Ты что, бросаешь мне вызов? — промурлыкала она, ощущая растущее возбуждение.

Она ухватилась за его плечи, приподнялась на цыпочки и поцеловала его в губы.

— Должна тебя предупредить, что я всегда принимаю вызовы, — повторила она его слова и скользнула языком по его губам, прежде чем отстраниться.

Кэл застонал, обхватывая ее за талию, прижимая к себе и вовлекая в новый головокружительный поцелуй. Оторвавшись от нее, он тяжело дышал.

— Пожалуй, нам стоит уйти куда-нибудь отсюда, пока нас не арестовали.

Руби хихикнула, подобрала босоножки и рассмеялась, когда Кэл положил ей на поясницу руку, ведя к выходу. Она с удовольствием поймала на себе завистливые взгляды нескольких молодых женщин, сидевших у самой двери. Ей на секунду показалось, что она Клеопатра, а Кэл — ее Марк Антоний.

Что может быть прекраснее, чем заставить сильного мужчину опуститься перед тобой на колени? Впереди Руби ждали выходные, полные полузабытых радостей великолепного секса и флирта. И ничего больше.

И Кэл, похоже, был настроен дать ей все это.

Глава 8

Звонок телефона раздался как раз после того, как Руби вздохнула, с наслаждением потягиваясь и чувствуя, как каждая клеточка ее тела дрожит от приятной усталости.