— Садитесь, — пригласил Чжан Хой-жу.

— Давайте сядем все по отдельности. — Не нужно усаживаться за круглый стол, — сказал Фан Цзи-шунь и опустился на стул из кедра около окна, облокотившись на чайный столик.

Никто не возражал. Цинь и Цзянь-бин сели рядом.

Цзюе-минь устроился рядом с Цинь. Их разделял лишь чайный столик.

Председательствовал Хуан Цунь-жэнь. Формальности на собраниях не соблюдались, каждый мог свободно высказывать свою точку зрения. Говорили сидя, как во время обычной беседы.

Первым взял слово Хуан Цунь-жэнь, выступивший как секретарь организации. Он коротко доложил о работе организации за полмесяца, упомянул, сколько получено писем, сколько отправлено и разослано брошюр. Работа организации шла успешно, и общее состояние дел было хорошим. Число сочувствующих неуклонно росло, многие проявляли интерес к платформе и деятельности организации. Брошюры, выпускаемые организацией, пользовались спросом повсюду, еще больший спрос был на новые книги. Поступило много писем с просьбой расширить читальню, еще раз поставить пьесу «Накануне» или другую, подобного содержания. Среди учащихся некоторых известных учебных заведений семена, посеянные их организацией, попали на благодатную почву. Идеи справедливости и энтузиазм самопожертвования легко воспламеняли и воодушевляли молодые сердца. И хотя сейчас, в этой комнате, они представляли собой только маленькую организацию, они отнюдь не были одинокими. Там, среди широких масс, было очень много людей, готовых пожертвовать всем, что они имели, мечтающих принять участие в их работе. Чаяния этих людей совпадали с их собственными чаяниями. Эти люди тоже ненавидели несправедливость и зло, неразумный, неравноправный социальный строй, тоже стремились к счастью всего человечества.

Слова и взгляд Хуан Цунь-жэня воспламенили всех участников собрания, вселили в них надежду. Присутствующие были захвачены его речью, казалось, она исходит из глубины их собственных сердец.

Хуан Цунь-жэнь кончил. Все смотрели на него с любовью (а кое-кто даже восторженно). Каждый испытывал необычайный подъем. Волна энтузиазма снова охватила всех. Они чувствовали, что готовы с радостью отдать свою жизнь во имя счастья народа, во имя счастья человечества.

Затем Чжан Хой-жу сделал доклад о связи их организации с различными сочувствующими организациями.

Только в одной их провинции насчитывалось шесть-семь таких организаций: общество «Пробуждение», «Равенство», «Свет», два общества «Рассвет» в разных уездах и крупнейшее общество «Современность» в городе Чунцине. В их провинции распространялись наиболее массовые брошюры, издаваемые этой организацией: «Новое течение XX века», «Колокол свободы», «Обращение к молодежи» и т. д. Чунцинское общество недавно послало своего представителя в Шанхай закупить печатный станок и подготавливало оборудование небольшой типографий. В письме, полученном от этого общества, его секретарь предложил созвать в центральном городе провинции конгресс, или координационное совещание всех организаций. Общество запрашивало на этот счет мнение всех сочувствующих организаций и по получении их согласия предлагало обсудить конкретные меры.

Конгресс… Соберутся вместе братья по духу, они впервые встретятся и поведают друг другу свои самые заветные думы и чаяния. И не только раскроют свою душу, но н с искренностью юности отдадут все свои молодые силы осуществлению их единственной цели. Благородная чистота этой великой идеи очаровывала молодые сердца. Бороться за счастье человечества, за счастье огромного большинства людей, за счастье тех, кто гибнет в пучине страданий. Это значит обновить и спасти страну, разрушить старый строй и создать новый, уничтожить старое общество и построить новое. На смену несправедливости и угнетению придут равенство и свобода, заря братства осветит весь мир. Эти молодые люди имели склонность к преувеличению, но их нельзя было обвинить в недостатке искренности. Всей душой они верили в свои могучие силы. Но они отнюдь не собирались использовать эти силы в личных интересах. Они жаждали озарить лучом света мир мрака, согреть души несчастных. Они пожертвовали своими классовыми интересами и привилегированным положением, пожертвовали своей спокойной и обеспеченной жизнью, движимые лишь одним стремлением: чтобы спокойная и обеспеченная жизнь стала достоянием всех людей. Сколько самозабвения, широты заключалось в этих мечтах! Эти юноши нашли удовлетворение в самопожертвовании, за разрушением видели счастье. Они были глубоко увлечены этими идеями и преисполнены уважением к своим единомышленникам. Это была единая духовная семья. Они и их товарищи во всей стране были родными братьями и сестрами. Им, рассеянным по всем уголкам страны, еще ни разу не приходилось собираться вместе. А теперь блеснул луч надежды. Нашелся человек, который предложил это. Какая это была волнующая весть! Их сердца затрепетали от радости. Никто не возразил против этого предложения, никто не выразил ни капли сомнения.

Фан Цзи-шунь, выступивший первым, не только поддержал его, но и высказал множество своих собственных соображений. Его речь, ясная, сильная, стройная, легко воспринималась слушателями. Высказанные им соображения относительно созыва конгресса были правильными и ни у кого не вызвали возражений. Однако необходимо было обсудить конкретные мероприятия по созыву конгресса, заранее составить детальный план, предусмотреть количество делегатов от каждой организации, источники средств, продолжительность работы конгресса, размещение делегатов, повестку дня, конспирацию и т. д. С дополнительным предложением выступил Хуан Цунь-жэнь. С краткими речами выступили также Чжан Хой-жу и Цзюе-минь. Предложений и дополнений больше не последовало. Решили свою точку зрения по этому вопросу высказать в письме чунцинскому обществу. Ответственность за составление проекта письма была возложена на Чжан Хой-жу, исполнителями были Цзюе-минь, Цинь и Чэн Цзянь-бин. Такие письма писались кодом. Кодов применялось несколько. На написание и чтение письма требовалось время. Как правило, письма, зашифрованные или расшифрованные одним человеком, проверялись другим. Обычно этой проверкой занимались Цинь и Цзянь-бин. Поэтому Чжан Хой-жу, согласившись разработать проект ответного письма, сказал Цзюе-миню:

— Немного позже я передам тебе черновик. Вы с Юнь-хуа зашифруйте его пятииероглифным кодом и отправьте. — Юнь-хуа было вторым именем Цинь. Пятииероглифный код заключался в том, что истинное значение имел каждый пятый иероглиф текста.

— Хорошо, — как обычно, улыбнулся Цзюе-минь. Он повернулся к Цинь и рассмеялся: — Сегодня вечером тебе опять придется задержаться.

— Тогда вели Юань-чэну сходить к нам домой и предупредить мать, а то я сказала ей, что сегодня рано вернусь, — тихо проговорила Цинь.

Цзюе-минь кивнул головой:

— Знаю.

Чжан Хуань-жу сделал в свою очередь сообщение о периодическом органе: еженедельнике «Интересы народа», который выходил уже два года. В последнее время его тираж превысил две тысячи экземпляров, число постоянных подписчиков перевалило за триста. Один чунцинский книжный магазин в своем письме, адресованном организации, гарантировал распространение трехсот экземпляров каждого номера. Кроме того, отделы закупок учебных заведений двух-трех уездов заказали по нескольку экземпляров. Непрерывно увеличивалось количество распространяемых экземпляров, росли доходы. Еженедельник крепко встал на ноги.