Джейн едва успела кивнуть, а Хаммон запахнуть мантию, пряча её, высокие каменные двери в тронный зал гостеприимно распахнулись.

Князь Тьмы ждал его, скромно сидя в кресле у низкого столика, разглядывая на свет кроваво-красное вино в высоком бокале тончайшего хрусталя.

— Ты не хочешь объяснить мне, ради чего ты затеял весь этот спектакль и банально выкрал моего наследника? — с порога спросил Хаммон, будто он не отсутствовал две тысячи лет, а только что вернулся из соседней комнаты, чтобы продолжить прерванный спор. — Я четыре года потратил на поиски, а он все это время был у тебя!

Его голос был полон раздражения, но злился он сейчас, прежде всего на самого себя, а не на Самаэля. Он вовсе не собирался поддаваться очарованию сверхъестественной красоты своего бывшего возлюбленного, наоборот, самым горячим желанием Хаммона на данный момент было утопить этого выродка в чане со святой водой.

— А что мне было делать, если добровольно возвращаться ты не пожелал! — пожав плечам и, по-прежнему, вертя в руке бокал, ответил Самаэль. — И, вообще, ты ведешь себя невежливо. Мог хотя бы поздороваться для приличия, все же столько лет не виделись. Я скучал по тебе, Изуэль! А ты?

— И ради этого ты забрал у меня Тайгера? — Хаммон проигнорировал монолог Самаэля. — Что, по-другому нельзя было? Или фантазии не хватило? Что ты с ним сделал?

— А ты бы вернулся сюда добровольно, если бы я просто позвал? — вопросом на вопрос ответил Самаэль. — Нет. Не вернулся бы. Вот мне и пришлось импровизировать. Твой малыш — стопроцентная гарантия твоего возвращения. Да не волнуйся ты так, дорогой. Мальчик в целости и сохранности. Он просто гостит у меня. Я его даже пальцем не тронул — оцени мое долготерпение. Все это время я ждал только тебя.

— За дурака меня держишь, да? — процедил Хаммон.

— Вот чего-чего, а пыток точно не было. Клянусь! Так, некоторые шалости. Но я его не обижал, честно.

После этих слов Хаммон понял — они опоздали. После "шалостей" Самаэля вероятность того, что Тайгер остался прежним, стремилась к нулю.

— Что ты хочешь взамен согласия, отдать мне его? — Хаммон едва сдерживался, чтобы не забить каждое слово обратно в глотку этому самодовольному наглецу.

Самаэль поставил на столик бокал и лениво откинулся на спинку кресла:

— А разве есть варианты? Изуэль, ты что, до сих пор не понял? Плата за свободу твоего мальчика — ты сам! Займи его место и малыш свободен.

— Ну, разумеется! — криво усмехнулся Хаммон. — Я уже успел позабыть, что твои желания для тебя всегда на первом месте. А меня ты не хочешь спросить? Хочу ли я остаться?

— Я знаю, ты никогда не признаешься, но в ты хочешь этого не меньше, чем я. Ты тоже скучал по мне. Просто у тебя не хватает смелости признаться в этом. — Самаэль чуть склонил голову, скользя по его лицу и фигуре пристальным взглядом.

— Зря ты думаешь, что я пришел сюда как проситель. Учитывая некоторые обстоятельства, я предпочел бы уладить все полюбовно и вернуться обратно на землю.

— О, да ты никак собираешься выдвинуть мне ультиматум? — взгляд Самаэля перестал быть томным, а в глубине сапфировых глаз зажглись пугающие огоньки. — А не перецениваешь ли ты себя? Ты забыл, насколько я сильнее? У тебя нет ничего, чтобы ставить мне какие-то условия, Изуэль.

— Вообще-то, кое-что есть, — Хаммон снял заклятие невидимости, со стоящей рядом с ним Джейн.

Как он и предполагал, Самаэль не ожидал подобного поворота событий. Увлеченный встречей с вновь обретенным возлюбленным, он не видел и не чувствовал ничего, кроме, стоявшего так близко, разгневанного, и от этого еще более прекрасного Изуэля.

— Нефилим! — взбешенный дьявол резко выпрямился, ангельская сущность затрещала по швам, и на несколько бесконечных, полных запредельного ужаса мгновений Джейн и Хаммон узрели истинный облик Верховного Падшего.

Глаза Самаэля затопило чистое пламя, кожа на лице поплыла, зашевелилась, и завораживающий лик ангела превратился в чудовищную, уродливую маску получеловека-полу зверя. Из-за широких обнаженных плеч туго выстрелили чёрные перепончатые крылья, каплями крови роняя на землю брызги кипящей лавы. Не долетая до земли, они исчезали в огне, которым буквально за секунду стали пол, стены и потолок, казалось, весь мир...

— Предлагаю сделку, Самаэль, — на лице Изуэля не дрогнул ни один мускул. — Ты освобождаешь Тайгера и даешь нам зеленый свет, а я делаю вид, что не знаю, почему Нефилимов во все времена так ненавидели и боялись, и она, — он указал на девушку, — не использует Заклятье Хаоса, которое отдал мне перед смертью Метатрон.

— Ах ты... Ублюдок! Решил в Бога поиграть? Вспомнить методы нашего незабвенного папули?! Уничтожить Ад, как был когда-то обращен в пыль Тартар?! Да ты хоть понимаешь, что это полностью разрушит баланс? Все полетит в бездну, и твоя драгоценная Земля, вместе со всеми обитателями, в первую очередь... Как ты вообще посмел притащить сюда Нефилима?!