Извини, что не блинчики, у тебя молока нет.

Я не люблю молоко.

Садись, сейчас будем кушать.

Я сел. Но один вопрос так и просился на язык. Даже не вопрос.

Ты такая простая.

Аня обернулась и с хитрым прищуром посмотрела на меня.

А тебе надо в игры поиграть, пожеманиться? Мне это кажется глупым. Ты умный и славный. Я тебе интересна. Ты мне тоже интересен. Зачем тогда лишние церемонии.

Это как-то...

Неправильно?

Необычно.

Пусть так. Но мне кажется все довольны. Или нет?
– Она подскочила и клюнула своими губами мои.

Доволен. Еще как.

Вот и славно. Ешь!
– И на мою тарелку скользнул ломоть яичницы. Второй проследовал на вторую тарелку.
– Ты не заморачивайся. Все в порядке. Никаких обязательств. Захочешь сказать до свидания, просто скажи и все.

Не захочу.

Захочешь, потом захочешь. Это жизнь.

Чудная ты.

Поев, она быстро переоделась и исчезла из дома вместе с рулонами фолии. У меня не было никаких ее контактов - ни телефона, ни адреса, только место работы. А так хотелось снова услышать ее голос. Я хотел сразу сорваться за ней, но не мог оставить бабулю, которая во время визита в больницу с интересом смотрела на мое улыбающееся лицо и гадала о причинах моего настроения.

Прошло несколько дней, наступила пятница, бабушка пошла на поправку и до ее выписки оставалось несколько дней. Я стал понемногу собираться и прибираться - надо было оставить бабуле чистую квартиру. Тем более, что после выписки у бабушки решила погостить мать, специально взяла для этого отпуск с понедельника. Но звонку в дверь я удивился - не думал, что мать приедет раньше. На пороге стояла Аня. В слезах.

– Что-то случилось?

Она зашла в квартиру и обняла меня.

– Просто не отпускай меня, - прошептала она на ухо. И я не отпускал. Даже когда она начала жадно целовать меня, словно хотела что-то этим доказать. Она практически затолкнула меня в гостиную и бросила на диван, попутно срывая с себя одежду. Это была какая-то другая девушка. Но я бы слукавил, что это не понравилось мне. Хотя чуточку напуган я был...

Но куда сильнее я был напуган утром, когда снова увидел ее за приготовлением яичницы - молока я так и не купил. Будто вчера не было слез и безудержного секса.

Я не стал ничего спрашивать. А она не стала ничего рассказывать. Это были безумные дни, когда днем мы шатались по городу, держась за руки, а ночью не выпускали друг друга из тесных объятий. Вечером в воскресенье мы уехали вместе в наш маленький город. И больше я ее не видел.

В понедельник она не вышла на работу. И когда я зашел к Тумбочке, то та выказала свое недоумение. Во вторник Аня тоже не вышла на работе. И в среду. Я напряг все свои умственные способности и через неделю нашел ее родственников. С их слов я узнал, что в понедельник Аня собрала вещи и уехала. Точного адреса ее в Самаре они не знали - слишком уж дальние родственники. Так что она просто исчезла из моей жизни. Словно ее и не было. Что ее побудило вдруг уехать, были ли те три дня прощанием - я так и не узнал.

Но вместе с ней ушло желание кого-то любить. Чтобы не терять. Конечно, какие мои годы, и все может быть. Но причиненная боль до сих пор живет в моем сердце. И никому не удалось ее пока излечить. Так что у всех бывает первая любовь, а у меня сразу была последняя.

Чтобы хоть как-то заглушить жажду видеть и слышать ее, я стал больше проводить времени с ноутбуком. И это, как ни странно, натолкнуло меня на одну мысль. Я в очередной раз сказал себе - а это хорошая мысль, парень. И начал собирать нужную информацию.

Май начался для меня с серьезных вложений в интернет-бизнес. Я заказал свой первый полностью автоматический программный комплекс. Одну часть этого комплекса составлял паук, который собирал информацию с других варезников. Второй скрипт по нажатию кнопки на основе заложенных данных о хостинге и доменах делал и заливал готовый сайт на несколько тысяч страниц. Третий скрипт проспамливал готовые сайты по базе варезников в комментарии к статьям.

Вся эта куча непонятных слов обозначает, что отныне процесс производства сайтов свелся для меня к нажатию одной кнопки. Клик, и новый сайт уже пошел в народ. На вид эти сайты были похожи на те варезники, которые я делал собственными руками, но они не увеличивались со временем. Все это были статичные сайты под продажу ссылок, то есть сайты, сделанные исключительно для заработка. В каком-то смысле я стоял у истоков создания огромной массы псевдосайтов, с которыми через два года начал усиленно бороться Яндекс. Но тогда это было в новинку, сайты быстро индексировались поисковыми системами и начинали приносить прибыль.

Комплекс обошелся мне примерно в пять тысяч долларов. Две за программирование, тысяча за первый пакет из пятидесяти шаблонов, еще две на хостинг и домены. Дорого? Возможно, но к моменту, когда тема с сайтами для продажи ссылок умерла, комплекс успел принести в семь раз больше потраченного на него.

Как-то за хлопотами с новыми сайтами я совсем выпустил из головы школу. И когда решил вникнуть в дела, а заодно поправить ситуацию с аттестатом, то обнаружил, что директриса немного тронулась. В школе решили провести выпускной бал по американским традициям: каждый должен был найти себе пару и придти с ней на выпускной. Подразумевалось, что пару надо выбрать из числа своих одноклассников, на худой конец из параллельного класса. Мне было на все эти игры плевать с высокой колокольни, но девочки словно с ума сошли - только и разговоров было, кто и с кем пойдет на бал. Большинство парней поддалось тому же настроению, спрашивали и у меня - с кем я пойду на бал.

Воровать так миллион, ебать так королеву! Я решил поучаствовать в этой гонке тщеславия. Но зачем мне какая-то рядовая прыщавая девочка. Мне нужна была лучшая. Случай представился довольно скоро.

Центром потребительского интереса любого небольшого города являются отнюдь не супермаркеты, как в крупных городах, а рынок. Вещевой и продуктовый рынки нередко соседствуют, представляя пестрое многообразие ларьков и продавцов. И чем меньше работы в городе, тем больше ларьков на рынке. Со стороны даже может показаться, что все жители города не столько продают и покупают, сколько меняются товаром между собой - так много продавцов и так мало покупателей, которые сами ничего не продавали.