– Слушаю?

– Миллисент ведь отвечала Уэйну. Пусть даже она не подписывалась полным именем, и этой малости может хватить. Что, если этот юнец сделает ее письма достоянием гласности? В случае если она откажется… ну, вы поняли…

– Да, разумеется, – задумчиво сказал я. – На репутации миледи можно будет поставить жирный крест… Но это решаемо. Думаю, Сирил справится…

«Пусть только попробует не справиться! – мелькнула мысль. – Я ему тогда не только голову оторву, а и все конечности!»

– Благодарю, мистер Кин, – суховато сказал лорд, поднимаясь. Видно было, что ему неловко.

– Пустяки, милорд, – ответил я, и мы обменялись рукопожатием. – Позвольте спросить?

– Да?

– Давно ли вы приглашали миледи на конную прогулку?

И, оставив огорошенного этим вопросом лорда возле его Ласточки, я направился к автомобилю. План вырисовывался все четче.

Вернувшись домой и изловив Сирила, как раз собиравшегося куда-то удрать, я увлек его в свой кабинет и битый час объяснял кузену суть задания, пока не удостоверился, что он проникся его важностью, запомнил все детали и ничего не перепутает. Теперь оставалось только выдать ему аванс в счет будущего гонорара (в случае удачи, разумеется) и положиться на его артистизм…

К завтраку Сирил не вышел. Впрочем, это было ожидаемо.

– Мой кузен уже встал? – поинтересовался я у Ларримера, приступая к омлету.

– Нет, сэр, – с обычной невозмутимостью ответствовал Ларример. – Мистер Кертис вернулся всего два часа назад, сэр. И осмелюсь заметить… он был сильно пьян, сэр.

Я досадливо нахмурился: Сирила теперь до вечера не добудишься! Однако мне требовалось как можно скорее выяснить, удалось ли ему убедить мистера Уэйна написать письмо в нужном духе. Ведь просил же я кузена прислать записку! Но он наверняка забыл обо всем на радостях…

С аппетитом позавтракав, я направился наверх в сопровождении Ларримера.

Спальня Сирила была предусмотрительно заперта изнутри: видимо, кузен даже в пьяном угаре понимал, что так просто спать целый день ему не дадут. Кричать и стучать в дверь было бесполезно, однако я попробовал. Изнутри донеслись только какие-то невнятные звуки – то ли брань, то ли пожелание отправиться куда подальше.

– Отпирайте, Ларример, – велел я, кивая старому дворецкому.

– Да, сэр, – согласился он, выбирая один из ключей на внушительной связке.

В гостевых спальнях намеренно не делали внутренних засовов, чтобы в случае острой нужды суметь открыть дверь. Разумеется, пользовались этой возможностью нечасто (на моей памяти всего один раз, когда какому-то престарелому дедушкиному другу стало дурно), однако сейчас она пришлась как нельзя кстати.

Как и ожидалось, совершенно расхристанный кузен безмятежно почивал, притом устроился он поперек кровати.

– Сирил, – позвал я, подойдя поближе, и подавил желание задержать дыхание: исходящее от негодяя амбре просто валило с ног. – Сирил!

Тряхнул за плечо, но бесполезно – он лишь сморщился, а потом перевернулся на другой бок.

– Вставай! – рявкнул я ему прямо в ухо. Сирил отмахнулся, едва не угодив мне в нос, спасла меня только неплохая реакция. Я вздохнул и отступил в сторону. – Ларример, действуйте.

Тот молча приблизился, так же молча оттянул воротник сорочки Сирила и высыпал ему за шиворот содержимое серебряного ведерка для шампанского.

Лед возымел должный эффект: Сирил дернулся и заорал.

– А? Что? Где? – прохрипел он, пытаясь сесть на постели.

– Доброе утро, кузен, – саркастически поприветствовал его я. – Ты совсем забыл о моей просьбе?

– О какой еще просьбе? – буркнул Сирил, начиная тереть красные, как у кролика, глаза.

– Склероз, – констатировал я. – На почве раннего алкоголизма. Так ты убедил… А. написать М.?

Я покосился на Ларримера, однако не стал его выгонять. Ничего особенно секретного он не услышит.

– Ну да! – Кажется, кузен обиделся, хотя лицо его выглядело слишком помятым, чтобы утверждать это наверняка. – А ты сомневался?

– Разумеется, нет, – усмехнулся я. – С твоими талантами это пустяковое задание.

– Вот! – Сирил снова потер глаза и попросил жалобно: – А теперь дай поспать, а? И попить…

– Поспать дам, воды принесет Ларример, – согласился я, наклонив голову к плечу, хотя Сирил в нынешнем своем состоянии не был способен оценить этот жест. – Но вечером ты вернешься к тетушке Мейбл.

– За что?! – возопил кузен, даже как будто протрезвев.

– За забывчивость, – сообщил я любезно. – До свидания!