От звука ее голоса Сирил встрепенулся, как борзая, заслышавшая звук охотничьего рожка, и обвел нас взглядом.

– Что?.. – начал он.

– Помолчи! – нетерпеливо отмахнулась тетушка. – Вик, мистер Клариджес должен остановиться у нас!

Хм… уже «у нас»? Но я, естественно, промолчал.

– Это само собой разумеется, – согласился я. – Но вы полагаете, что самого присутствия мистера Клариджеса под моей крышей будет достаточно?

– Не думаю, – покачала головой тетушка. – Тут нужно что-то более эффектное, более… – Не находя слов, она неопределенно помахала рукой.

– Например, ты можешь устроить званый обед! – вмешался Сирил.

– Брось, – вздохнул я. – При нынешнем положении дел ко мне просто никто не придет!

– Придет! – просветлев, возразила тетушка. – Я сама всем займусь! И не спорь, Вик!

Спорить с тетей Мейбл, когда она говорит таким тоном, – форменное самоубийство, но званый обед в моем тихом и спокойном доме?!

– Я сегодня загляну к инспектору Таусенду, – нашелся я. – Сообщу ему, что разыскал мистера Клариджеса. Может быть, инспектор что-то подскажет?

– Милый мой, – снисходительно улыбнулась тетушка, берясь за десертную ложечку. – Слухи – это женское дело, так что позволь мне самой с этим разобраться!

Я только пожал плечами и тоже принялся за десерт. Молочное желе с ванилью Мэри сегодня определенно удалось…

Я медленно катил по городу на своем авто, упиваясь прекрасным солнечным днем и явственным затруднением знакомых. С одной стороны, в этот раз я был без эскорта тетушки, так что меня можно было избегать без особых последствий. А с другой – я ведь мог поведать тетушке Мейбл о том, как меня обидели, и поименно перечислить обидчиков… Поэтому на лицах встречных читалась причудливая смесь досады, любопытства и опаски. Несомненно, тетушка у меня – настоящее сокровище!

На входе в полицейское управление с комфортом устроился молоденький констебль (тот самый, что не пришел вовремя на помощь бедняжке Конно-идее), внимательно изучающий газету.

– Да? Что? – дернувшись, заозирался доблестный страж порядка.

– Могу я видеть инспектора Таусенда? – поинтересовался я, склонив голову набок.

– Сейчас узнаю! – буркнул он, потянувшись к телефону, коротко доложил и кивнул мне. – Проходите.

Инспектор сидел у окна, подперев голову рукой, и смотрел на симпатичный Mammillaria в розовом горшочке.

– Здравствуйте, Джордж, – произнес я, умилившись этой сцене.

– И вам не хворать, Виктор, – меланхолично ответствовал инспектор, не отрываясь от созерцания своего колючего друга. Присесть он мне так и не предложил.

– Вижу, вы увлеклись кактусами? – с сомнением уточнил я, без спросу усаживаясь напротив.

– Да нет, – отмахнулся он и зачем-то потрогал пальцем колючую верхушку растения. – Просто я подумал: интересно, а чем они вас так привлекают? Вот и…

Он махнул рукой в сторону кактуса и наконец-то повернулся ко мне.

– Mammillaria требует очень хорошего освещения, – не удержался я. – А в вашем полутемном кабинете она быстро погибнет.

– Ну и ладно, – пожал плечами инспектор и, подхватив с подоконника горшочек, протянул мне. – Дарю!

– Спасибо, Джордж! – с чувством произнес я, принимая щедрый подарок. А что мне еще оставалось? Не оставлять же бедняжку на верную смерть! – У меня для вас хорошие известия!

– М-да? – как-то неопределенно протянул инспектор, вынимая из кармана пачку сигарет.

– Мистер Клариджес, мой бывший начальник, приедет в Блумтаун в самое ближайшее время! – поведал я, однако у Таусенда это известие энтузиазма не вызвало. Он только кивнул и вновь погрузился в свои мысли, судя по всему невеселые. Вид у него был усталый и нахохленный.

– Виктор, я даже не знаю, как вам сказать… – наконец на что-то решившись, начал инспектор. – В общем… Вы читали сегодняшние газеты?

– Хм? – Я попытался вспомнить. – Нет, до газет я, кажется, не добрался. А в чем дело?

– Н-ну… вот, читайте сами! – Он вручил мне смятый номер «Вестей Блумтаума» и принялся, не глядя на меня, раскуривать сигарету.

Я полистал газету и уже открыл рот, чтобы осведомиться, какую именно статью мне следует прочитать, но осекся, уставившись на собственное фото. И стал читать, с каждым прочитанным предложением все более приходя в ярость.

– Что это за чушь? – поинтересовался я с деланым спокойствием, складывая газету и возвращая ее инспектору.

Разумеется, о «Вестях Блумтаума» я был не лучшего мнения, однако до сих пор в них не печаталось… подобное! К тому же завтра наверняка и остальные газеты перепечатают ту статейку.