– Куда прикажите? – водитель распахнул перед директором дверь.

«Вот это умный человек. Знает своего хозяина и за доллар готов наизнанку вывернуться. Он умнее их. Он правильно оценил своего директора и не пожалеет об этом» – подумал директор глядя на огромного верзилу учтиво пригнувшегося перед ним.

– Время у меня ещё есть. Давай перекусим где-нибудь. Поехали в «Асторию», мне у них солянка очень нравится.

Мерседес плавно помчал его по улицам, оставляя далеко позади институт с его проблемами и глупыми сотрудниками.

В «Астории» мэтр знал его и, увидев знакомого, расплылся в улыбке.

– Проходи, проходи, Никита, – сказал директор своему водителю. – Давай пообедаем вместе. У меня сегодня хорошее настроение.

Они уселись за столик и стали ждать заказа.

– А скажи мне Никита, раньше, до перестройки, многие могли зайти вот так просто в «Асторию» и перекусить?

– Что вы?! Тогда это только для иностранцев было. Теперь тоже не каждый может, не всем это по карману.

– Это ты точно заметил, не всем. А разве все люди одинаковы? Взять, к примеру, тебя. Вон ты, какой здоровый. Наверное, тебе и кушать надо больше, чем остальным?

– Наверное, только на свою зарплату по ресторанам я ходить не могу.

– Тем не менее, ты сейчас сидишь в ресторане и ешь то, что тебе нравится.

– Это потому, что вы меня пригласили.

– Совершенно правильно. Если бы ты не был таким здоровым и не умел так хорошо управлять автомобилем, а самое главное, ценить то, что тебе даётся, то тебя в ресторан никто бы не пригласил. А ты здесь сидишь. Значит, ты вписался в рыночную экономику, на тебя есть спрос, ты ликвиден и поэтому стоишь больше, чем все остальные. Пройдёт немного времени, и ты сам сможешь приглашать в рестораны того, кого захочешь. Рынок уравновесит всё и каждому определит своё место. Сегодня я определил твоё место, а завтра, может, ты определишь моё.

Директор расхохотался. Ему самому очень понравилась его шутка. Он посмотрел на часы и заторопился.

– Заболтались мы с тобой. Давай Никита, на Московский вокзал сгоняем. Давно я там не был. Заодно и расписание на Москву посмотрим. Опять в командировку надо.

На Московском вокзале директор посмотрел расписание поездов и направился к бюсту Петра. Там столпилось много народа. У бюста директор поставил свой портфель на пол и стал рассказывать Никите о том, каким раньше был московский вокзал.

– Вот здесь, – показал директор на бюст, – раньше стоял бюст Ленина. Когда его захотели поменять на Петра, то красные устроили митинг и не давали снять своего идола. Заменили его только ночью, когда демонстрантов не было. Выходит, коммунисты проспали своего вождя.

Вокруг них останавливались люди и слушали рассказ. Один мужчина поставил свой портфель рядом с директорским и спросил:

– А вы сами присутствовали при этом?

– Я коренной петербуржец и знаю историю своего города.

Мужчина постоял немного, потом взял портфель директора в руки. Тут же двое молодых парней схватили незнакомца. Директор дёрнулся назад, но Никита крепко держал его за руку.

– Что это значит, Никита? Ты что себе позволяешь?

– А это значит, что теперь я определяю ваше место. В машину проходите, только другую. Она давно вас ждёт.

Феликс доложил начальству об успешном проведении задержания. Всё произошло, как он и рассчитывал. Задержанного поместили в отдельную камеру и выдерживали там уже несколько часов без допроса.

– Да, после Астории, тюремная пища ему не понравится, – пошутил начальник.

– Ничего, привыкнет, ещё добавки просить начнёт, – смеялся Феликс.

Начальник посмотрел на часы.

– Пора. Самое время допрашивать. Давай его ко мне. Я первый начну, а потом ты подключишься.

Феликс ушел к себе в отдел, а задержанного привели к начальнику. Он сидел и смотрел в окно, ожидая, что начальник его вызовет, и он присоединиться к допросу. Феликс сидел уже третий час, но начальник не вызывал. За окном моросил дождь и сотрудники, охраняющие вход, спрятались под козырёк здания. Крупные капли с силой барабанили по асфальту, оставляя в лужах большие пузыри, которые тут же лопались, разбиваемые другими каплями. «Какая безысходность» – подумал Феликс, глядя на пузыри. «Что бы они ни предприняли, всё равно лопнут». Дождливая погода успокоила. Адреналин, который хлынул в его кровь при задержании преступника, исчез. Феликс зевнул. Его потянуло в сон. Унылая картина дождя уже надоела, и он уже хотел отвести взгляд от окна, как адреналин снова закипел в крови. Феликса словно ударила молния, он высунулся в окно и протёр глаза. Нет, он не ошибался. Из дверей, как ни в чем ни бывало, вышел директор. Феликс бегом побежал к начальнику и открыл дверь.

– Задержанный сбежал! – крикнул он начальнику.

– Ты что кричишь? Никто никуда не сбежал.

– Как же не сбежал? Я своими глазами видел, как он вышел из управления.

– Вышел, потому что я его отпустил.

– Как отпустил?

– Под подписку о невыезде, вот как.

– Ничего не понимаю. Мы же его столько пасли.

– Не волнуйся Феликс. Что ты привязался к этому директору? Меня больше курьер интересует, который портфель взял. Вот его и надо раскручивать.

– Какой курьер? Я ничего не понимаю.