– Вот, это именно то, что я хотел сказать. И это очень плохо, значит, истребителей будет ограниченное количество, по количеству пилотов, и нам всем придётся принять участие в этом бою, всем! Со всеми вытекающими и возможностью погибнуть. И принять участие в бою придётся даже экономистам и биологам.

– Ну, мы можем подготовить и обычный флот, для обычных офицеров, если что, последняя линия обороны, если мы проиграем, они выстоят. Причём, по-видимому, наш обычный флот не сможет сразиться с эскадрой врага линейно. Всё же наши корабли предположительно похуже технически, и поменьше размерами. Да и защищать планету сложнее, чем нападать.

– Вот-вот. Но вообще-то, истребители штука дорогая, очень дорогая, мы планируем использовать для них металлические монокристаллы с вынужденной валентностью с температурой плавления свыше десяти миллионов градусов и аномальной прочностью, но и стоимость таких кристаллов поражает. Тем более, при производстве данного материала, возможно, придётся подавать на матрицу токи огромных энергий постоянно, всё время кристаллизации. И как бы... Каждый из истребителей имеет ориентировочно массу две тысячи тонн. Сможем ли мы произвести достаточно истребителей, плюс обычный флот для обычных офицеров, да ещё и подготовить подземные убежища для всей человеческой расы по всей солнечной системе? Не стоит ли, прямо сейчас начать по всей планете трудовую мобилизацию всех и вся? Просто мы строим всё это, только своими силами, а люди продолжают жить как обычно, и даже многие не подозревают, что происходит.

– Мы уже обсуждали этот вопрос. Простой труд людей, очень малопроизводителен по сравнению с роботами. Люди слабы физически, не могут выдерживать экстремальные давления и температуры, им нужно дышать, отдыхать, есть и спать. При этом, в отличие от рабочих роботов, они будут сопротивляться, и саботировать работу. Также люди периодически неумышленно допускают брак, в отличие от роботов на производстве люди допускают ошибки и небрежность. Чтобы надзирать за ними, нужны ещё роботы надзиратели, отдельно, и много. Вовлекать людей в производство не рационально и не имеет смысла, мы обсуждали это. Для их вовлечения в производство, нужно задействовать больше ресурсов, чем мы получим в результате их низко квалифицированного труда. Не стоит забывать и о том, что сроки поджимают, а обучить человека, совсем не то же самое, что загрузить в мозг робота программу, человека надо учить и долго, и во время учёбы он не будет работать, и качество обучения будет разным. Поэтому, вовлечение людей в производство сегодня не имеет смысла. Мы потратим слишком много ресурсов на то, чтобы люди смогли начать работать, но при этом результат их труда будет весьма скудным. Пусть живут себе дальше, как им хочется, до начала войны. Потом эвакуируем их, и потом после победы приступим к обучению и сразу всего населения всех стран мира, и благополучных, типа Европы и США, и менее благополучных, таких как Россия и Китай, и совсем не благополучных тоже.

– Ясно, принято, вовлекать людей в производство не будем до последнего, пусть поживут своими нормальными жизнями дальше ещё пару лет. Не будем их трогать вообще, это контр продуктивно.

– Седьмой, ну что мы на сегодня закончили?

– Нет, нужна последняя симуляция, тотальная, и в ней должны принять участие все, вообще все двадцать пять, и флот врага должен быть максимально силён, предположительно, и вражеским флотом должны командовать один избранный и наши лучшие офицеры. И вообще, сделаем так, сначала флотом врага будут командовать те избранные, что останутся в резерве у Земли, потом, когда меня собьют, командование флотом врага приму я сам лично. Ведь по факту я умру, и моё дальнейшее наблюдение за полем боя не имеет смысла. Таким образом, флотом вторжения постоянно будут командовать хорошие стратеги. И тут надо помнить, что вообще, на самом деле разум нашего врага может быть гораздо сильнее нашего. Не стоит забывать, что всё командование флотом до сих пор мы осуществляем сами, на своём уровне.

– Слушай, седьмой, если так смотреть, то можно предположить, например, наличие у врага супер ракет, для уничтожения истребителей, таких как твой. Да и вообще, что мешает врагу послать вместе с флотом обычных кораблей, такие же истребители как наши? Просто мы как бы берём за постулат, что враг туп, и это большая ошибка, ведь противник может аналогично нам, послать вместе с флотом кораблей супер истребители, и их может быть много, сотни. И тогда...

– Тогда у нас просто нет шансов.

– Ты сам говорил, мы не имеем права недооценить врага, мы не имеем права проиграть. Давай, я подготовлю реальную симуляцию, где враг задействует все возможности, ты сам говорил...

– Он прав седьмой, у врага должны быть супер ракеты, для уничтожения таких машин как твоя, у врага должны быть супер истребители, пусть ими хотя бы управляет компьютер. Малые корабли, построенные по сверхвысоким, нереально дорогим технологиям. Едва ли мы единственные, кто додумался использовать особо малые особо боеспособные аппараты, чтобы сбивать более крупные.

– Да седьмой, если уж симулировать, то симулировать. Что молчишь?

– Да и на дредноутах должна быть система противодействия нашим тяжёлым ионным эксимерным орудиям, мы берём за постулат, что сверхтяжёлые корабли врага будут обязательно подбиты с одного выстрела, но что мешает врагу выстрелить на встречу эксимерному боеприпасу заграждение. И тогда аннигиляция боеприпаса и его разрушение будет осуществлено на удалении тысяч километров от корабля врага и супер дредноут будет уничтожен.

– Седьмой ты не прав, ты устроил на симуляции поддавки, заблокировав интеллектуальные возможности врага на уровне типовых кораблей. Но то, что у противника будут стратегические единицы, это неизбежно. Также у врага должны быть механизмы противодействия стратегическому вооружению. И едва ли супер дредноуты, это единственный тип их стратегического перевеса на поле боя.

– Мы должны готовиться по максимуму седьмой, если мы устроим на учениях поддавки, то в реальном бою это будет полный крах.