— Ага, — буркнула Лизи.

— И с кем?

— Да, с соседскими ребятами.

— Вот как? Значит, решили, наконец-то, помириться и жить дружно?

— Что-то в этом духе.

— Ну, молодцы. Теперь хоть мне не придется тебя вытягивать среди ночи из милицейского участка, как бывало раньше.

— Да, ты не раз выручал меня. Если бы Макс об этом узнал, не видать мне свободы, как собственных ушей. Он бы меня на цепь посадил и сам лично сопровождал бы в школу и обратно.

— И как ты сейчас ему объяснишь свое такое позднее…

— А он уехал в командировку, — перебила Ксандра девушка.

— Так вот почему ты шляешься в такое время, да еще и в таком неприглядном виде. Сладок вкус свободы? — усмехнулся мужчина.

В его глазах появился странный огонек, от которого Лизи бросало то в жар, то в холод. Он словно смотрел ей в сердце, видя все, что она чувствует к нему, и не обращая никакого внимания на такую неприглядную оболочку. Лизи смутилась и отвела взгляд. Она стала поправлять волосы, только бы скрыться от блеска его глаз, и не заметила, как насмешливое выражение на его бледном лице быстро сменяется таким, от которого у любой женщины затрепетало бы сердце.

Лизи всегда чувствовала себя неловко рядом с Ксандром. Он был ее недосягаемой мечтой, ее идолом и первой, пусть и безответной любовью. И самое страшное во всем этом было то, что он знал о ее чувствах, и от этого она еще больше стеснялась, не способная здраво мыслить и связно говорить. Но она ни на что не надеялась, осознавая размеры пропасти, что разделяет их.

— Давай-ка, я подвезу тебя домой, — хриплым голосом произнес он.

— Спасибо, — буркнула девушка и уставилась в окно. Но она не смотрела на пробегающую мимо знакомую улицу, не видела темных пустых дворов за холодным стеклом, она смотрела на его сосредоточенный профиль, отражающийся в темном окне. Пауза затягивалась, и Лизи все больше ставало неуютно. Она сдерживалась, чтобы не начать позорно ерзать на сидении.

— А, кстати, что ты тут делаешь? — наконец-то совладав со своей неуверенностью, спросила она.

— Мимо проезжал, — небрежно ответил мужчина. — Еду себе спокойно и вижу знакомую шатающуюся фигуру.

— Я не шаталась, — возмутилась девушка. — И я не пьяная. Мы то и выпили всего-то… по чуть-чуть, — соврала Лизи.

— Я так и понял, что «по чуть-чуть». Что хоть пили?

— Водку, — опустив голову, сконфуженно прошептала Лизи.

— Понятно, — засмеялся мужчина. — Завтра голова болеть будет.

— Да знаю я, — резко ответила девушка. Неужели им больше не о чем поговорить! Лизи снова отвернулась к окну, сдерживая злые слезы, навернувшиеся на глаза. Она закусила губу и обижено засопела. И почему рядом с этим мужчиной она не может быть хладнокровной и спокойной? Почему не может сдержано и грамотно отвечать на его вопросы? Почему не может поддерживать высокоинтеллектуальный разговор? Почему все время заикается, краснеет и забывает все на свете?

Машина резко остановилась. Лизи повернула голову, косо поглядывая на Ксандра, не зная, стоит ли попрощаться и поблагодарить или просто так выскочить из машины?

— Ксандр, а почему я ничего не помню с той ночи? — с ее губ вдруг сорвался неожиданный вопрос. Лизи обалдела от собственной смелости.

— Может, просто так надо, чтобы ты ничего не помнила. Возможно, память вернется к тебе, но… будешь ли ты этому рада?

— Буду, — резко ответила девушка. Мужчина повернул голову в ее сторону, с грустью и сожалением глядя на девушку.

— Зачем ты хочешь все вспомнить? Для чего?

— Хочу понять, — прошептала Лизи, отворачиваясь.

— Понять? Что понять?

— Себя, — выдохнула Лизи. — Себя понять, и найти свое место в этом мире, в этой жизни. Мне надоело это бессмысленное существование. Я хочу, наконец-то, понять, для чего родилась.

— Какая глубокая философия в таком юном возрасте, — иронично произнес Ксандр.

— Мне уже девятнадцать, и я не маленькая, — не на шутку разозлилась Лизи.

— Правда?

— Черт, Ксандр, посмотри на меня! — вспылила девушка.

— Я смотрю на тебя. Я уже давно смотрю на тебя, Лизи.

— И что ты видишь?

— Все ту же маленькую перепуганную девочку, — с нежностью в голосе проговорил Ксандр, но в его синих глазах была тоска.

— Черт! — выругалась Лизи и отвернулась к окну, пряча свое пылающее лицо.

— Мне, кажется, ты ничего не помнишь потому, что твое собственное сознание охраняет тебя от этих воспоминаний. Скорее всего, ты еще не готова принять их, — вдруг сказал Ксандр, хотя Лизи уже и не надеялась получить ответ на свой вопрос.

— Ты так думаешь? — девушка медленно повернулась к мужчине и посмотрела на него. Ее сердце стучало в груди, как сумасшедшее, норовя выпрыгнуть, а на щеках пылал румянец.