Подойдя к Пейсу, она бросила пеньюар на пол и подняла к его лицу руку с выставленным указательным пальцем, словно собираясь коснуться его губ. Неожиданно она убрала руку и запустила кончик пальца себе в рот, прежде чем снова потянуться к Пейсу и медленно обвести им контур его открытого от изумления рта. Затем ее палец проник внутрь его рта и медленно задвигался туда-сюда.

Издав довольный стон, Фиби вытащила палец и провела им от своего подбородка до ложбинки на груди.

Возбужденный, Пейс тщетно пытался проанализировать ее действия. Что на нее нашло? Меньше часа назад у дерева она извинилась, прервав то, что так хорошо начиналось. Она вела себя скромно до тех пор, пока не пошла наверх переодеться. Точнее, раздеться.

Сейчас от этой скромности не осталось и следа. Она выглядит чертовски сексуально и действует как искушенная женщина.

Все же за этим томным взглядом прячется что-то еще. Возможно, намек на то, что она чувствует себя не такой уж неуверенной, какой хочет казаться. Но, даже несмотря на это открытие, он не может игнорировать разыгранный ею спектакль.

Ее взгляд скользнул вниз по его торсу, и в следующую секунду она принялась расстегивать его рубашку. Пары пуговиц ей оказалось достаточно. Когда ее пальцы начали поигрывать волосами у него на груди, огонь страсти, бушующий внутри его, едва не вырвался наружу.

— Ты, кажется, сказала, что замерзла, — заметил Пейс.

— Я греюсь сейчас, — промурлыкала она. — А ты?

Он придвинулся ближе:

— Я уже начинаю закипать.

Не успел он и глазом моргнуть, как Фиби уже оказалась за ним, и ее ладони заскользили по его плечам и спине. Затем одна из них спустилась вниз по его обтянутым джинсами ягодицам, пролезла между его бедер и сжала то, что пульсировало по ее вине.

Дрожа от наслаждения, Пейс попытался схватить руку, но Фиби быстро ее убрала, пролезла под его рукой и снова оказалась перед ним. Прижавшись лицом к его груди, она неожиданно прикусила его сосок через ткань рубашки. Ему пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы сдержать отчаянный стон.

Его тело превратилось в клубок оголенных нервов, разум затуманился. Все происходящее казалось ему невероятным. Пока способность соображать не покинула его, он спросил:

— Что происходит? Ты не собираешься раззадорить меня и уйти в самый ответственный момент?

Многообещающе улыбаясь, Фиби схватилась за края его рубашки и потянула их вверх. Пейс поднял руки, и она, стащив ее с него, промурлыкала:

— Посмотрю на твое поведение. — Наклонившись, она обвела языком сосок, который еще пульсировал от ее укуса.

Затем она подняла с пола пеньюар и вытащила из шлевок пояс. Взяв его руки в свои, она сложила их ладонями вместе и принялась связывать запястья. Крепко затянув узел, она завела ступню за его щиколотки и толкнула его на диван.

Он рухнул на мягкие подушки. Мгновение спустя она нависла над ним и, оседлав его, привязала его руки к ножке старинной напольной лампы, стоящей у изголовья.

Подчиняясь ей, Пейс улыбался. Он не мог дождаться, что она сделает дальше.

* * *

«Не думай. Просто делай».

С виду Фиби могла казаться хладнокровной, но внутри вся дрожала от волнения.

Она приняла решение. Больше никаких ложных стартов. Что бы ни случилось, на этот раз она не остановится. На обратном пути в домик в голове у нее созрел план. Она начала претворять его в жизнь, когда уронила резинку на пол и попросила Пейса ее поднять. Затем она пошла наверх, чтобы надеть сексуальное белье, которое захватила из Сиднея на всякий случай.

Но когда Фиби спустилась вниз, чтобы присоединиться к Пейсу у камина, ее охватило такое сильное волнение, что она чуть было все не испортила. Ее ладони вспотели, ноги, казалось, вот-вот подогнутся. Она не знала, сможет ли полностью раскрепоститься и показать задуманный стриптиз. Не выставит ли она себя при этом полной идиоткой. И, самое главное, сможет ли она навсегда освободиться от своих сомнений.

Теперь, когда она видит реакцию Пейса, она уже не так нервничает. Она чувствует себя красивой и желанной. Но главная часть еще впереди.