Сам Дунай никакого желания бить какую-либо женщину никогда не испытывал. Да и глупость это какая-то, еще и с дикостью: женщин бить.

А тем временем спорщики переругивались, не замечая очень важной вещи. Мягко и неслышно ступая по проходу между стенами, в их сторону двигался высокий силуэт. Проверяющий шел, стараясь не спугнуть отвлекшихся караульных. Дунаю оказалось не очень удобно смотреть в ту сторону, но… пластун хищно и довольно ухмыльнулся. К посту, тихо и незаметно, шел не широченный Рвач и не длинный и нескладный Мерри, нет. Деве Удаче сегодня Дунай точно приглянулся то ли упорством, то ли своим подъемом по стене. Вот награда и не заставила себя долго ждать.

К посту двигался Гед, тот, кого Дунай и хотел найти. Старшина маркитантов, несколько дней назад встречавшийся с мохнатеньким недомерком и договорившийся с тем о продаже каких-то хитрых штук от шаманов. Которого Дунай знал лично и которого надеялся разговорить. Обещаниями ли выжить либо еще как, неважно. Гед мужиком оказался расчетливым, за золото готовым продать чуть ли не мать родную. Золота у Дуная не было, но и у Геда вариантов просто так остаться целым и живым после появления пластуна в Хитровке не маячило.

– Заткнулись оба! – рявкнул старшина, оказавшись совсем рядом.– Совсем охренели? С утра в карцер и штраф, поняли?

Ответить поняли или нет, часовые просто не успели. Лишь только Гед, пригнувшись, зашел в достаточно просторный пост, Дунай начал действовать. Пластун не стал дожидаться еще одного подобного случая, рывком перебросив себя через стену и оказавшись за спиной старшины. Меч, плавно перекочевавший из ножен в руку, начал свой неслышный путь.

Трах! Шишка-противовес, матово поблескивающая на рукояти, ударила Геда по макушке, вырубая. Ударом правой ноги Дунай отправил его в угол, косо выбросив клинок вперед. Острый зауженный конец с хрустом перерубил одышливому постовому горло. Маркитант от удара полетел назад, мягко ударился спиной о стену, сполз по ней вниз. Засипел, вцепившись слабеющими пальцами в развороченную плоть, упал на колени.

А пластун, не теряя зря времени, ударил кулаком. Твердые набитые костяшки с хрустом врезались в висок торговца, не желающего бить пухлых баб, а желающего любить их более стройных компаньонок. Ни того ни другого ему сделать не довелось. Погиб от кровоизлияния и осколков височной кости, вошедших в мозг. Дунай успел подхватить разом потяжелевшее тело, чтобы ничего не звякнуло, не выдало его. Положил молодого торговца на пол, развернулся к выходу, прислушиваясь и принюхиваясь. Нет, никто не всполошился на дальних постах, помогла дева Удача и милость Отца воинов. Ну и – не отнять – умение и выучка, данные пластуну наставниками.

Так, кое-что Дунай уже сделал. Осталось удачно ретироваться отсюда, прихватив с собой Геда. Тот лежал в углу, сложившись тряпичным манекеном, используемым на учебных боях Кремля. Пластун проверил жилку на шее, испугавшись, что переборщил с силой удара. Но нет, старшина оказался живым, сердце мерно гнало кровь. Достать из поясного подсумка кляп было делом нескольких секунд, затянуть тесемки на затылке того меньше. Короткие шнуры пластун держал там же, сноровисто стреножив старшину по рукам и ногам. Осталось спустить его вниз, не повредив, и утечь в ночь, не всполошив стражу. На какое-то время, пусть даже на полчаса, никто проверяющего искать не будет. А Дунай будет уже далеко, если повезет. Вот только крылатые мутанты, что по дороге… хотя?

Пластун перевернул молодого маркитанта, глядя на его оружие. Как и думал, автомат, старый добрый АК, с деревянным прикладом и большим магазином. Где остальные? А вот они, в подсумке на поясе. Очень хорошо, то что надо. У Геда с собой оказался лишь пистолет в кобуре, а у второго охранника действительно виднелся ствол карабина СКС. Не будь задача другой, так точно прихватил бы с собой, унес в схрон драгоценное огнестрельное оружие, благо что патронов у торговца в патронташе хватало. Но не сейчас, лишний вес только сделает бег опаснее. Только старшина, автомат молодого часового и подсумок. Глядишь, выйдет проскочить мимо рукокрылов, отобьется если что. Веревку свою тратить не хотелось, но и тут запасливые маркитанты подсобили. В углу, закрепленная на металле крюков, вбитых в стену, скручена веревочная лестница. Не иначе как у маркитантов есть свои разведчики, вот чего бойся. Надо взять на заметку на будущее, мало ли.

Лестница мягко стукнула о землю перекладиной, сброшенная вниз через бойницу, снабженную хитрой железной дверцей понизу. Все верно, в узкую щель для стрельбы вряд ли пролезет даже худой человек, не говоря про хорошо питающихся маркитантов. Пластун подтянул спеленатого Геда по полу, спустился сам и потянул того на себя. Маркитант все еще посапывал в отключке, и то хлеб. Не мешает, не вырывается, не пытается привлечь внимания. Ох и тяжел Гед, ничего не скажешь, но куда деваться, если надо? Лестница заходила под Дунаем ходуном, начав раскачиваться. Пластун подхватил старшину правой рукой, прижал к себе, двинулся вниз. Невелико расстояние до земли, а поди-ка пройди с немаленьким мужиком под мышкой. Да и брякнешься с ним, запутаешься в проволоке, не приведи Перун, привлечешь внимание. Уже перед самой землей Дунай все же выпустил старшину, почувствовав, что вот-вот растянет связки на руке. Тот шмякнулся, охнул и, видно, пришел в себя. Пришлось прыгать за ним, добавив для верности кулаком в голову, снова отправляя того в темноту беспамятства.

Осталось немного: поднять его и перемахнуть через путанку из колючей проволоки прямо с тех плит, откуда Дунай начинал подъем на стену. Перевесил автомат через грудь, притянув его к боку, закинул Геда на плечо. Луна, добрая душа, так ни разу и не выглянула, да и ветер продолжал выть, помогая пластуну. А здоров маркитант, хотя с виду не такой уж большой. Настрадавшиеся при подъеме мышцы Дуная жалобно сжались, почувствовав дополнительный вес. Но это ничего, не впервой, отдохнут. Впереди еще сумасшедший бег до берлоги, этого точно не избежать. Гед, обмякнув на плече, чуть шевельнулся.