«Иди-ка сюда, дружище.– Пластун наклонился к нему. Сцапал под теплое сильное брюхо, пристроил себе под мышку.– Понянькаюсь с тобой».

– Ты его тащить, что ли, собираешься, длиннобородый? – Айгуль непонимающе уставилась на него.– Зачем?

– Это мой друг.– Дунай подошел к темнеющему у потолка провалу входа.– Прыгай сюда, быстро.

Девушка пожала плечами и полезла наверх. Что она там себе подумала, пластуну было совершенно все равно. Объяснять сейчас, что Пасюк не просто страховидный мутант на побегушках, ему не хотелось. Да и зачем, когда надо двигаться?

«Терпи сейчас.– Дунай опустил голову, посмотрев в умные глаза товарища. Тот еле заметно шевельнул хвостом, мол, не переживай. Да уж, дела-делишки. Как сейчас выйдет проползти с ним в обнимку, пластуну представлялось плохо. Но выбора не было. Дунай забросил не успевшего и вякнуть Пасюка наверх, надеясь, что тот приземлится не ударившись. И успел, перед тем как сам одним прыжком оказался напротив дыры, порадоваться и удивиться. Удивился тому, что только что непонимающе изогнувшая острые и черные как смоль брови Айгуль высунулась в проем, ловя Пасюка. И порадоваться тому, как та бережно, не коснувшись больного сустава, его поймала. Темно-розовый хвост, весь в острых шипах-закорючках, вильнул и пропал в темноте. Дунай последовал за ним, и вовремя. Крики «рыжих» сектантов, спешивших на разбой и погром в самом сердце их анклава у первого из Колец, раздавались уже очень близко.

Отползши по коробу как можно дальше, когда внутрь уже не проникали ни звуки, ни отсветы факелов, Дунай остановился. Достал из-за пояса заблаговременно прихваченный у шайнов сюрприз для преследователей. Сунутся за ним, это к волховнице дружинной гадать не ходи. А тут нате, получите. Приятный подарочек всем желающим поймать пластуна, умыкнувшего из-под носа сектантов жертву, да еще какой. Пистоль о четырех стволах, заряженных не просто пулями, не-не. Для милых незваных гостей в его, Дуная, гостеприимный воздуховод, угощеньице пластун заготовил особое. Каждое широченное жерло пистоля, прочно закрепленного на растяжках, снаряжено картечью. Посечет так, что мама не горюй, а пока растащат пробку из нашинкованного сталью и свинцом человечьего фарша… так их с Айгуль и Пасюком днем с огнем не сыщешь. А по окрестностям шарить и каждую дырку проверять никаких стражей не хватит, не говоря про обычных Властелинов. Уж в чем в чем, а в этом Дунай оказался уверенным полностью.

Взведя курки и проверив порох на полках, пластун накинул петельки растяжек на спуски. Ну вот, так-то оно надежнее, есть на что положиться и ползти вперед с уверенностью.

«Ты где?» – Пасюк возник в голове, тревожный, ожидающий.

«Иду уже».– Дунай хмыкнул, прикидывая радость тех, кто обнаружит его ловушку первыми. Для верности натянутые растяжки из тонкого, но прочного витка проволоки он измазал в ржавчине и пыли с паутиной, благо тех вокруг в достатке. Ну вот и все, пора догонять остальных. Пластун еле развернулся на первом же разветвлении, пятясь до него задом. Впереди ни звука: ни от Айгуль, ни от Пасюка – видать, уползли уже совсем далеко.

По его прикидкам, до выхода оставалось где-то метров сто, когда сзади гулко пророкотало и грохнуло, следом донеслись вопли боли и страха. То-то же, мерзопакостники, будете осторожнее впредь, ха. Пластун довольно ухмыльнулся и пополз дальше. Вот светлое пятно, потянуло свежим воздухом. Еще несколько минут в узкой тесноте, наполненной запахами до сих пор не ржавого металла (могли же делать предки!) и гнили, серостью времени и запустения, и все. Дунай вывалился на свет божий, сгруппировался и оглянулся вокруг. Пасюк тут же оказался рядом, ткнулся мокрым носом в щеку, довольно хрюкнул. Пластун обхватил мускулистую шею друга, притянул к себе, вдохнув едкий звериный запах от этого мохнатого, которого мог и потерять в безумном месте под землей.

– Спасибо, Отче,– тихо шепнул себе под нос.– Спасибо, дева Удача, вывели меня непутевого и друга моего, дали сил. Не подведу, вернусь теперь назад, вернусь обязательно.

– Ты с кем говоришь опять, малахольный? – Айгуль прошипела не оборачиваясь.– Что за остолопы у вас в Кремле, а? Все такие же, как ты, или мне повезло просто?

«Есть эти выродки вокруг?» – отвечать Дунай не стал, вместо этого поинтересовавшись у друга наличием врагов рядом.

«Далеко. Ищут не здесь.– Крысопес зевнул.– Но назад идти нельзя, они все там».

Дунай сначала не понял, о чем таком говорит друг. Куда назад, с чего? Лишь чуть позже сообразил, что речь о Форпосте. Да уж, нехорошо.

«Заляжем вон там? – Пасюк повел мордой в сторону высоких развалин чуть левее.– Там жила стая моих. Сейчас ушли. Эти не знают. Не сунутся, побоятся».

«Хорошо»,– Дунай чуть улыбнулся. Крысопес был прав, надо отсидеться, раз уж возвращаться не стоит. Если эти, с Кольца, решили обложить всю местность у крепостцы шайнов, то вряд ли повезет так, как у них в подземелье. По подсчетам пластуна, у него в запасе оказалось около половины отпущенного чужаком в маске времени. Глядишь, что успеют еще назад, не так уж и далеко. Помирать-то после такого не хочется и нельзя.

– Эй, Айгуль… – Та повела в его сторону головой.– Вон туда идем. К вам в Форпост пока нельзя. «Рыжики» как раз там сейчас все обложили.

– Откуда знаешь? – Девушка недоверчиво покосилась на него.

– По запаху почуял,– пластун хмыкнул.– Не веришь, что ль? А как я тебя нашел, а?

Та не нашла что ответить. Крыть-то девке явно нечем, что и говорить. Возник пластун нежданно да негаданно, спас ровно тогда, когда и нужно было. Сама-то, хоть и рубиться горазда и драться явно мастак, а ничего уже не могла сотворить. Шла, как телок на убой, разве что брыкалась, совсем как коровища перед мясником дурным. Перед умельцем-то какой тур брыкаться будет? То-то же, что и не поймет ничего и – раз, лежит, ножищами сучит и кровушкой брызгает.