— А что, Сэмюэлс был хорошим экстрасенсом? — не унимался Дин. — Я всегда считал его шарлатаном.

Винсент приподнял бровь:

— С его смерти минуло много лет. Не думаю, что мы когда-нибудь узнаем наверняка. А жаль, я вам скажу, потому что меня с ума сводят свары коллег по поводу событий, правду о которых мы никогда не услышим…

Они разговаривали еще минут двадцать. Братья задавали вопросы, и многие ответы были те же, что и полученные Сэмом в библиотеке и столь презираемом профессором интернете. Потом Винсент внезапно встал и, обмолвившись, что ему пора на лекцию, начал теснить посетителей к лифтам. Винчестеры однако проследовали за ним к лестнице, и Винсент одобрил их выбор, пошутив, что борода у него отросла, пока он утром ехал в лифте.

По пути к парковке Сэм спросил:

— Ну и как тебе?

Дин вздрогнул:

— Эти профессора все такие?

Сэм хохотнул:

— Почти все.

— И тебе нравилось учиться?

— А я всё никак не пойму, зачем кому-то воскрешать По, — младший Винчестер покачал головой.

— В смысле?

— Ну, доктор Винсент весь рассказал, какая у По была жизнь. Жена умерла молодой, карьера при жизни не слишком удалась, бизнес-затеи рухнули. Черт, если бы он родился в наше время, глотал бы антидепрессанты горстями.

Дин сел на пассажирское сиденье, все еще отказываясь водить в Бронксе:

— А может, мы всё не так поняли? Может, кто-то ненавидит По и хочет, чтобы он страдал?

— И кому оно надо?

Дин подмигнул:

— Кому-нибудь, кому приходится его читать и писать по прочитанному научные работы.

Сэм потянулся к ключу:

— Боюсь, это не сузит список подозреваемых.

Не успел Дин ответить, как у него зазвонил телефон.

— Да, Манфред?

— Привет, Дин. Мы тут с мужиками трепались за ланчем, и я кое-что вспомнил про Рокси.

— Что именно?

— Ну, кажется, один раз я с ней все-таки переспал.

Дом Афири, Бронкс, Нью-Йорк

Среда, 22 ноября, 2006

— С начала и по порядку, — сердито сказал Дин.

Они сидели в гостиной. На проигрывателе крутилась пластинка «Disraeli Gears» от «Cream», играла песня «Tales of Brave Ulysses». Манфред сидел в кресле, братья — на диване. Дину хотелось врезать хозяину дома со всей дури, потому что, если бы тот призвал свою память к порядку пораньше, Дину бы не пришлось «наслаждаться» выступлением его группы лишние две ночи. Манфред поставил бутылку пива на колено и пристально изучал ее горлышко:

— Слушайте, это ведь давно было, понимаете? Рокси тогда еще сидела на всём подряд: Мэри Джейн, кока, спид [126] , бухло… Она и курила, и нюхала, и пила, и кололась… пришла в «Парковка сзади» с приятелями, мы еще тогда только начинали и по уик-эндам не играли. Ее приятелям не особо понравилось, и они ушли.

«Что-то это меня не удивляет», — едва не ляпнул Дин вслух.

Манфред глотнул пива:

— Она осталась, и после выступления выяснилось, что ей особо и идти-то некуда. Я предложил подвезти ее — в какие-то трущобы в Моррис-Парке, а потом сказал, что у меня есть дом. Мы приехали, нюхнули коки, покрутили пластинки, а потом пошли наверх.

— И ты это только теперь вспомнил? — разозлился Дин.

— Да я забыл, что это она была! Парни, всего лишь один раз! Ну ладно, два раза… но она тогда была в жутком состоянии, а потом легла на лечение. Через год она уже была чиста аки стеклышко. Черт, я ее даже не узнал — никакой косметики, постриглась, начала носить футболки вместо маечек в облипку. Совершенно преобразилась. Она запала на Алдо, и я был рад-радешенек, потому что ее лига трезвости меня начала напрягать.

Дин переглянулся с Сэмом, а Манфред допил пиво, покачивая головой. Сэм пожал плечами и поинтересовался:

— Манфред, а она никогда не проявляла интереса к возобновлению отношений?

— Нет, черт возьми. Я же сказал, она стала совершенно другим человеком. Не хотела со мной водиться.

— А я думал, ей понравился дом, — Дин вспомнил разговор в баре.

— Естественно, потому что этот проклятый дом всем нравится. Джина, например, сколько раз ныла, чтоб я ей позволил въехать.

— Жанин? — уточнил старший Винчестер.

— Да, дочурка моей кузины, — Манфред лучезарно улыбнулся. — Знаешь, Дин, кажется, она на тебя запала, — он посерьезнел. — Ты не поддавайся, ладно? У меня и без этого с сестрой отношения не ахти. Жанин вообще бросается на всё, что шевелится.

— Нет проблем, — заверил Дин.

Даже если б он и заинтересовался Жанин (хотя девочка, надо признать, была огонь), он бы не захотел путаться с семьей Манфреда. В общем, разобраться с духом Рокси, а когда Эш в следующий раз попросит об услуге, пусть пойдет со своей просьбой в темный уголок и на нее сядет.

— Я имею в виду, — пояснил Сэм, — может, поэтому Рокси вас преследует. И ее «Люби меня» относится к вам.

Манфред мотнул головой:

— В чем тогда смысл? Она вернулась из больницы и полностью переключилась на Алдо. А потом я вернулся из Пенсильвании, и она смылась, и…