– Тяжелые времена… – промолвил Расин, и оба умолкли.

– А что если я тебе приведу три сотни готовых к работе людей? Активных, я имею в виду, работоспособных, тех, кто сможет таскать тяжести, да еще кто кое-что смыслит в переносе и перекладывании обломков?

– Ты предлагаешь помочь?

– Да, мать его! Мои ребята уже на стенку лезут, протирая штаны и ни хера не делая. Мы могли бы помочь с подобной работой.

Расин внимательно посмотрел на него, пытаясь уловить подвох.

– На благо улья? – он улыбнулся вопросительно.

– Ага, на благо улья. И на благо моих рабочих, пока они не съехали с катушек и не пали духом. Ну и, я так себе думаю, если мы поможем тебе, ты мог бы замолвить словечко. Может, добиться лучшего пайка.

Расин сомневался. Его вокс-линия запищала. Должно быть, звонок из Штаба домов – наверняка интересующегося успехом очистных усилий.

– Мне нужно расчистить это или хотя бы проложить через все это путь. Мое отделение временно блокировало ворота, но если противник ударит по нам, необходимо будет укрепить и вкопать здесь защитную стену с люком для припасов и доступом для войск. Если ты и твои ребята поможете с этим – я достану вам этот фесов паек!

Сорик улыбнулся. Он оперся подмышкой на свою кирку-костыль, чтобы протянуть руку. Расин пожал ее.

– Первая Вервунская литейная не подведет вас, майор.

Бой хронометра знаменовал зарю, но даже здесь, в Среднем хребте, смена дня и ночи мало сказывалась на освещении. Сияние Щита и облака дыма заменили свет и тьму.

Эмчандасте Ворлин изволил завтракать в смотровом пузыре своего родового поместья. Он проснулся раньше всей родни, хотя младшие клерки гильдии Ворлин и сервиторы уже были на ногах и готовили протоколы на сегодня.

В оранжевой шелковой ночной рубахе он сидел в подвесном кресле за столом красного дерева и поглощал завтрак, который слуги принесли ему на лакированном подносе. Сервитор-дегустатор объявил еду безвредной и был отпущен. Внимание Ворлина переключалось с панорамы города на инфопланшет, встроенный в столешницу, по которой бежали колонки утренних новостей и отчетов о ситуации, сплетаясь в пучки мерцающих рун.

Яичное суфле, копченая рыбка, свежие фрукты, пшеничные пирожки и кувшин кофеина. Да, непредписанный чрезвычайный рацион. Конечно, Ворлин понимал это, но какой, в конце концов, смысл принадлежать к купеческой элите, если не можешь даже иногда кое-что позаимствовать из собственных кладовых?

Он сдобрил кофеин стопкой джойлика. Впервые за многие дни Ворлин распробовал каплю наслаждения, и дело было не только в алкоголе. Был один пай у дома Ворлин, находящийся под его непосредственным руководством, который давал ему коммерческий рычаг в этой войне: жидкое топливо. Он совсем забыл о нем, поддавшись панике и смятению в первые дни.

В прошлом сезоне он выиграл кое-какие топливные тендеры у гильдии Фарнора – к большому восторгу своего клана. Тридцать процентов поставок топлива из улья Ванник, три полноценных нефтепровода были в непосредственной власти гильдии Ворлин. Он взглянул на цифры вложения, исчисляемые в миллионах литров, подсчитал, как рыночная цена за баррель будет расти по экспоненте с каждым днем войны. Он проверил расчеты несколько раз, просто для удовольствия.

– Глава гильдии? – В комнату вошел его личный секретарь, комиссар Магнал Тарриан из УКВГ.

– В чем дело?

– Я готовил ваш маршрут на день. У вас назначена встреча с Советом гильдий в одиннадцать.

– Я знаю.

Магнал помолчал.

– Что-то еще?

– Я… Я принес распоряжение от Легислатуры вчера. То, которое требует закрыть все нефтепроводы из Ванника, раз родственный улей пал. Вы… вы, кажется, не подписали закрытие, глава.

– Закрытие…

– Все гильдии, контролирующие топливо, обязаны вывести трубы на север и заложить все оставшиеся линии рокритом, – Магнал попытался показать инфопланшет Ворлину, но гильдиец отмахнулся. – Наши рабочие ожидают распоряжений…

– Сколько топлива мы запасли в Хасских восточных хранилищах? – спросил Ворлин.

Секретарь пробормотал внушительную цифру.

– А сколько еще сейчас идет по трубам?

Еще бормотание, огромная цифра.

Ворлин кивнул.

– Я оплакиваю потерю наших братьев из Ванника. Но топливо все еще идет. Это долг гильдии Ворлин перед ульем Вервун – оставлять трубы открытыми до тех пор, пока они дают нам ресурсы. Я закрою трубы, как только они пересохнут.

– Но директива, глава гильдии…

– Оставь эти заботы мне, Магнал. Поток протянет еще день, если не несколько часов. Но если я перекрою сейчас, представь, какими будут убытки? Дрянное будет дело, друг мой. Дрянное.

Магнал выглядел неуверенным.