— Я могу зарезервировать для вас место на рейс, вылетающий только через четыре дня, сэр…

— Четыре дня! Где, черт побери, вы считаете, я должен провести все это время?

Хоть убейте меня, но я с трудом выносила его высокомерную, слегка сардоническую усмешку.

— В гостинице? — предположила я.

Ему тоже не понравилось, что над ним насмехаются.

— Думаю, что так, — едко заявил он. — Вас можно поздравить, юная леди, с вашим выигрышем. Что вы собираетесь делать теперь, когда так неожиданно разбогатели?

Я колебалась. Если бы это был кто-то другой, я бы огрызнулась, что это не его дело, но что-то настораживало меня в выражении его темных глаз, поэтому я всего лишь неловко сказала:

— Честно говоря, я тоже собираюсь в Тринидад. Там живет мой дядя, и я подумала, что было бы неплохо навестить его и моих кузенов.

— Я думаю, вам будут рады, если вы не забудете прихватить свои деньги, — злобно прокомментировал он.

— Что, черт побери, вы имеете в виду? — требовательно осведомилась я.

— Мне показалось, что ваша фамилия Айронсайд, — сухо заметил он.

— Да.

— Значит, я знаю вашего дядю, — сообщил он, с задумчивым видом достал бумажник и вытащил из него визитную карточку цвета слоновой кости. — Моя карточка. — Он бросил визитку на стойку передо мной. — Воспользуйтесь ею, если понадобится, хорошо? Я не могу позволить вам пускаться в неизведанное без единого убежища на случай необходимости…

— Мне кажется, что мой дядя в состоянии предоставить мне защиту, если таковая потребуется, — напыщенно заявила я.

Я отказалась взять карточку, хотя и сгорала от любопытства, что там написано. Мои знакомые не имели визитных карточек, и мне было ужасно интересно, чем таким занимается этот мужчина, что ему приходится летать вокруг всей Европы с такой скоростью и за такие деньги.

— Я бы не стал полагаться на вашего дядю, — протянул он, — или на кого-нибудь из этой беспутной семейки. Держите ваши деньги в банке, моя дорогая, а то они очень скоро окажутся в их карманах — и, что бы вы ни делали, не позволяйте, чтобы их семейное обаяние заставило вас выйти замуж…

Уже совершенно рассердившись, я окинула его яростным взглядом.

— Вряд ли я выйду замуж за своего дядю! — огрызнулась я.

Его наша беседа явно забавляла.

— Я имел в виду скорее его сыновей, — улыбнулся он, забрал свой билет, который я приготовила для него, и аккуратно спрятал его в свой необъятный бумажник.

— Что ж, до свидания, мисс Айронсайд, и удачи вам.

После его ухода я заскучала. Мистер Каллаген бросал на меня долгие, заинтересованные взгляды из-за своего стола на другом конце комнаты. Это был чрезвычайно слезливый мужчина средних лет, который никак не мог набраться храбрости и жениться или сделать еще что-нибудь, что могло прервать ровное течение его дней.

— Вы в курсе, что забронировали ему место на тот же рейс, каким вы летите сами? — наконец поинтересовался он.

— На другие рейсы мест не было, — возразила я деловым тоном.

— Забавно, что он знает вашу семью. Мне кажется, вы ему понравились, Камилла. Он неплохая добыча, вы так не считаете?

— Едва ли, — запривередничала я. — Не думаю, что он вхож в дом моего дядюшки. Он похож на игрока или на плейбоя-космополита…

— Мы бы знали его имя, если бы он принадлежал к сливкам общества, — живо возразил мистер Каллаген.

— Я бы не знала! — сухо отрезала я.

— Знаете, Камилла, деньги все-таки меняют людей. Вы в курсе, что вы уже изменились? Я помню, как вы радовались, когда получили здесь работу…

— Я и сейчас рада! — запротестовала я. — В целом мне нравилось здесь работать. Я буду скучать.

— Скучать по бюро путешествий! Не смешите меня!

— Нет, правда, — заверила я его. — Мне нравилось здесь работать!

— Значит, вам легко угодить, — ревниво заметил он. — Вы везде будете счастливы, Камилла, попомните мои слова!

— Возможно, — согласилась я, подумав о Тринидаде и о песчаных пляжах, и о великолепных фруктах, которые уже, наверное, поспели.

— Вы знаете что-нибудь о сахаре? — осведомилась я.

— А что? — осторожно спросил мистер Каллаген.

Я откинула назад голову и засмеялась. Это звучало так грандиозно, что мне пришлось одернуть себя, чтобы немного успокоиться и с благоговением и гордостью сообщить ему:

— Потому что так получилось, что моя семья занимается сахаром.