– Да, конечно, – согласилась Баффи. – Мне все равно надо зайти к Джайлсу сказать, что я жива-здорова.

– Ого, – воскликнула Ива, входя в библиотеку, – никого нет. Господи, как хорошо-то! Снова как будто дома.

– Не радуйся, просто еще слишком рано, – мрачно отозвалась Баффи.

Они поспешили занять свои обычные места за столом, пока не заявились практиканты.

– Как дела? – спросила Ива.

– Сама не знаю. Видела полицейских и «скорую помощь»…

– Баффи, я о тесте по математике.

– Надеюсь, что сдам его наконец.

– Молодец! – Ива с минуту колебалась. – Слушай, а ты знаешь подробности о том, что произошло прошлой ночью? Ты же совсем близко подошла.

– Близко к чему?

– Тело лежало прямо у ворот кладбища, на тротуаре…

– А кто это?

– Какой-то парень со странным именем. Морган Найтбеар. Такой большой, толстый, волосы собраны в хвостик. Он работал в ремонтной мастерской. Говорят, на кладбище его послали калитку починить.

Баффи показалось, что она раньше уже слышала, это имя.

– Погоди, погоди… выпускник нашей школы? На два года старше нас, кажется.

– Правильно. После школы поступил в колледж где-то в другом городе, а потом бросил и вернулся в Саннидейл. – Ива замолчала. – Представляешь, какая жуть – работать на кладбище. Ой, прости, Баффи…

– Я совсем не хочу там работать, Ива. Просто… так получается.

– Понятно, – Ива нахмурилась.

– Значит, его смерть признали неестественной? – спросила Баффи, и ее охватил ужас: ведь вчера она не пошла на кладбище. А если бы…

– Сердечная недостаточность, – отозвался Джайлс откуда-то сзади.

Баффи вздохнула и откинулась в кресле:

– Вы хотите сказать…

– Сердечный приступ. И вызвал его корред, – подтвердила Ива.

В этот момент открылась дверь, и вошли Ксандр и Корделия. Они слышали слова Ивы.

– Значит, парень, которого нашли вчера вечером, дотанцевался до смерти? – спросил Ксандр. – Даже для Адовой Пасти это очень странно.

– Ужасно! – воскликнула Корделия. – И что теперь?

Джайлс поправил очки:

– Надо активизировать наши действия против корреда. Баффи, тебе придется больше патрулировать. Боюсь, что ужин с твоей мамой…

– Я отменю его. Мама понимает, что ужинать, когда гибнут люди, плохо для пищеварения.

– Это ты так шутишь? – Неожиданный, тихий голос заставил всех замереть.

Первым пришел в себя Джайлс:

– Паннер.

– Да, Паннер. – Наблюдатель вышел вперед. – Как вы думаете, чем вы сейчас занимаетесь? Что вы делаете?

– Мы занимаемся своим делом, – сквозь зубы процедил Джайлс. Его глаза из-за стекол очков холодно поблескивали.

– А почему при выполнении своих обязанностей, дорогие Куратор и Истребительница, вы проявляете полное невежество?

– То, что вы говорите, несправедливо, – тихо, но уверенно вмешалась Ива.

Как это ни удивительно, выражение лица Паннера смягчилось.

– К тебе это не имеет никакого отношения, дитя мое. Ты не обязана участвовать в этом деле.

Ива побледнела. Баффи поняла, что она с трудом сдерживается, чтобы не наброситься на Наблюдателя с оскорблениями.

– Уйди отсюда, Паннер, – почти зарычал Джайлс, – и дай нам спокойно работать.

На некоторое время стало тихо. Затем Паннер прервал тягостное молчание:

– Хорошо, – он направился к выходу, но на пороге обернулся и вполголоса проговорил: – Но только пока…

Ксандр первым пришел в себя:

– Странные у вас знакомые, Джайлс.

– Забудьте про него. Давайте лучше посмотрим, что нам известно.

– Хорошо, давайте посмотрим. – Баффи начала загибать пальцы. – Появился корред, который преследовал Шейлу. Она могла даже не знать, что ей угрожает опасность. Кажется, теперь корред полностью переключился на меня. Тогда ситуация в корне меняется. Кстати, появление корреда привело к исчезновению вампиров. Пока это все.

– Есть еще кое-что, вернее, кое-кто, – заметил Джайлс. – А именно Итан Райан.

Баффи вздохнула:

– Конечно, как же мы без него обойдемся…

– А этот страшный человек, – Корделия картинно вздрогнула, – чего он хочет?