— Зачем лоб, если глаз нет!

— Умное слово сказал йигит! — одобрил Сергей последнюю реплику. — Дайханин — не пыль! Пусть это баи говорят, а вам не пристало самих себя унижать. Дайханин — скала, опора всей земли. Без трудовых людей баи давно бы с голоду померли. Они это хорошо понимают. Поэтому-то и держат нас уздой лжи и неправедных законов. Вот тут говорили о дэвах, запертых в горе Каф. Не дэвов — правду спрятали от вас баи в эту гору! Не вымаливать долю надо — парень правильно сказал — а пошире открыть глаза на несправедливость и требовать то, что по вашему праву, по вашему труду принадлежит вам.

Йигит, заслуживший одобрение Сергея, заметил:

— Мы все сторонники справедливости. Вот и гнём всю жизнь шею под непосильным трудом. Иначе давно бы уже нашёл мерина и «хлопушку» — и на большую караванную тропу!

— Это не дело! — строго сказал Сергей. — Вы не бандиты, вы мирные труженики.

— Знаем. До этого своим умом дошли. Просто к слову пришлось. А только где искать её, правду эту?

На водоразделе ищите, друзья!

— Кто её там положил?

— Мирабы ваши положили! Когда работы на канале закончатся, туда придут люди, от горькой необходимости продавшие свои недокопанные делянки. Поддержите этих людей — найдёте правду. Если дело до стычки дойдёт, не стойте в стороне, становитесь рядом с такими же бедняками, как вы сами. Ваши друзья они, а не мирабы и баи. Только в такой братской…

В комнату ворвался запыхавшийся Дурды.

— Парни! — закричал он, переводя дыхание. — Берды, Аллак, вставайте!.. По марийской дороге к плотине конные скачут!..

— Спасайтесь, сынки, — сказал один яшули.

— Предупреждённый — наполовину спасён, — добавил второй. — Не мешкайте, когда аллах посылает вам свою милость, предупреждая.

Аллак торопливо вскочил, едва не позабыв о своей винтовке, лежавшей возле стены.

На щеках Берды вздулись желваки, глаза сверкнули и сузились, словно перед ними маячила мушка в прорези прицельной рамки.

— Бекмурад-бай?..

— Не дури! — Сергей крепко сжал его локоть. — Не время личные счёты сводить!

— Парни, бегите! — Дурды, щёлкнув затвором казачьего карабина, метнулся к двери. — Бегите! Я их задержу!..

— Стой, дурак! — не на шутку разозлился Сергей; Клычли, понимая его, быстро встал у двери. — Вы что, всё дело провалить хотите? Никого не надо задерживать! Ночь тёмная, скрывайтесь в заросли тальника там вас сам шайтан не найдёт!.. И не вздумайте в драку ввязываться! Быстрее бегите!..

Не успел Клычли развернуть на коленях книгу стихов, как дробный топот множества копыт оборвался возле дома. Под сильным ударом ноги распахнулась дверь. Заняв весь дверной проём своим грузным телом, на пороге встал Бекмурад-бай. Из-за его плеча, поднимаясь на цыпочки, выглядывал коротышка Медед — сын Сухана Скупого.

Бекмурад-бай обвёл сидящих налитыми кровью глазами и, остановив их на Сергее, сказал, как всхрапнул!

— Проводил друзей?!

— Вежливые люди, входя в дом, здороваются, — спокойно ответил Сергей.

Бекмурад-бай, багровея, буркнул что-то, отдалённо, напоминающее «алейк», и снова повторил вопрос,

— Какие друзья интересуют почтенного бая?

— Ха, не знаешь всех своих друзей?.

— Садитесь, — гостеприимно предложил Сергеи, но Бекмурад-бай только повёл бычьей шеей, не трогаясь с места.

— Наши гости все на месте сидят, — подал реплику Клычли. — Стихи Махтумкули читаем. Послушайте и вы, почтенные.

Не обращая внимания на его слова, Бекмурад-бай уставился на Сергея.

— Не знаешь?

— Знаю! — мягко, как-то слишком мягко улыбнулся Сергей. — Всех знаю, с кем дружбу вожу. Вот все, сидящие здесь, — он повёл рукой вокруг, мои приятели. В городе у меня много друзей, в селе много: о ком вы спрашиваете?

— А с теми, которые от своего народа ушли, которые семейные очаги разрушают, ты тоже водишь компанию?

— Таких здесь нет.

— Какие у него друзья, у чумазого? — хихикнул Медед.

— С недавнего времени в Мары начали грабить дома уважаемых людей, — Бекмурад-бай не выпускал Сергея из-под гнёта своего взгляда, словно кроме них двоих в комнате никого не было. — Может быть, это ты приказываешь бандитам грабить? Может, твои приятели на чужое добро рот разинули?

Ох, как трудно Сергею давалось спокойствие, как хотелось осадить этого чёртова бая и вытолкать его взашей! Но — рано, ещё рано. Не сам ли он только что говорил об этом Берды. Сейчас надо быть особенно осторожным, чтобы не вызвать у баев подозрения, не дать им возможности подготовиться к выступлению дайхан. Конечно, шила в мешке не утаишь — в конце концов дойдут слухи и до байских ушей, но пусть это случится как можно позже, чтобы уже не было времени у них для принятия каких-либо решительных мер.