Я не собирался говорить это. И не собираюсь описывать долгую беседу с Эсси после этого, потому что никакого удовольствия мне это не доставило. Разговор ни к чему не привел. И не мог привести. Мне нечего беспокоиться о смертности, потому что, как мудро заметила Эсси, может ли беспокоиться о смерти тот, кто уже умер?

Странно, но это меня совсем не подбодрило.

Не подбодрил и вид Клары, так что, ожидая, пока Клара или мой двойник скажут что-то интересное в своем ледниково-медленном разговоре, я поискал других развлечений. Для меня было новым, что Оди Уолтерс Третий тоже на Скале, и я поискал его.

Это оказалось не лучше.

Он находился здесь, конечно, или почти находился. Будучи плотской личностью, он как раз прибывал. Выгружался. И было совсем неинтересно наблюдать, как он медленно, п-о-с-т-е-п-е-н-н-о вытаскивает себя из люка и опускается на пол причала.

Чтобы не молчать, я сказал Эсси:

— Он не изменился.

Он действительно не изменился. Все то же лягушачье лицо с доверчивыми глазами. Тот же самый человек, каким был тридцать или больше лет назад, когда я в последний раз видел его.

— Естественно. Он ведь был в ядре, — ответила Эсси. Она не смотрела на него. Смотрела на меня — проверяла, не собираюсь ли я снова стать глупым, вероятно. И несколько мгновений соображал, кого из нас она имеет в виду, когда она добавила: — Бедняга.

Я уклончиво хмыкнул. Мы были не единственными присутствующими; здесь собрались даже плотские люди, чтобы взглянуть на корабль, который побывал там, где бывали немногие. Я наблюдал за ними и за Оди. Это так же возбуждающе, как следить за ростом мха. И я начал нервничать. Оди меня совсем не интересовал. Интересовала меня Клара. И Эсси. И Хулио Кассата, а больше всего интересовали меня собственные тревожные внутренние беспокойства. И мне больше всего хотелось отвлечься от того, что меня тревожило. И то, что я стоял среди всех этих статуй, мне не помогало.

— Я хотел бы выслушать его рассказ, — сказал я.

— Давай, — пригласила Эсси.

— Что? Ты хочешь сказать, что мне нужно создать двойника и тот…

— Не двойника, глупый, — сказала Эсси. — Видишь? У Оди капсула. В ней, несомненно. Древний Предок. А Древний Предок — это не плоть, а записанный разум, почти такой же, как мы с тобой. Спроси у Предка.

Я с любовью посмотрел на свою любовь.

— Какая ты умница, Эсси, — ласково сказал я. — Как ты восхитительна. — И я потянулся к капсуле. Потому что мне и на самом деле хотелось услышать, что происходило с Оди во время его отсутствия. Почти так же сильно, как хотелось узнать — узнать, чего же я на самом деле хочу.

Была важная причина, почему мне сразу захотелось услышать рассказ Оди о его полете к ядру Галактики.

Может быть, с линейной точки зрения плотского человека, это просто еще одно отступление. С линейной точки зрения, может быть. Но я не линеен. У меня процессы развиваются параллельно, в среднем за миллисекунду я проделываю десяток дел, а сейчас осуществлялась очень важная параллель.

Я уверен, Оди знал об этой параллели, когда добровольно согласился лететь на корабле хичи в ядро Галактики. Вероятно, обо всем он не подумал. Он мог лишь приблизительно представлять себе, во что ввязывается. Но вот эта параллелью что бы ни произошло, Оди считал, что это лучше, чем пытаться разобраться в собственной жизни. Жизнь Оди вся спуталась, почти как у меня, потому что у него тоже оказалось две возлюбленных.

И поэтому Оди рискнул и улетел. Прихватил с собой нашу подругу Джейни Джи-Ксинг, одну из своих возлюбленных. Но это, как вы увидите, продолжалось недолго.

Оди по профессии пилот. Хороший пилот. Он водил воздушные корабли на Венере, сверхзвуковые самолеты на Земле, шаттлы к астероиду Врата, частные чартерные ракеты на планету Пегги и космические корабли по другим маршрутам Галактики. С точки зрения Оди, один корабль хичи похож на другой, и он не сомневался, что сможет летать на любом.

— Можно мне проложить курс? — спросил он у хичи Капитана, потому что с самого начала хотел создать о себе впечатление как о добросовестном работнике.

Капитан тоже хотел установить с самого начала нормальные отношения, поэтому он знаком приказал корабельному пилоту отойти, и Оди занял его место.

Сидения хичи предназначены для тех, у кого между ног капсула. У людей капсул обычно не бывает, так что на кораблях хичи, используемых людьми, сидения покрываются специальной сеткой. На этом, конечно, сетки не было.

Но Оди не желал начинать с жалоб. Постарался устроиться получше. Опустил зад на Y-образное сидение, прочел показания приборов и с привычным усилием принялся поворачивать контрольное колесо. На это требовалось немало силы. Довольно давно Оди уже так не делал: новые земные корабли устроены так, что пилоту легче управлять ими. Чтобы не молчать, он выдохнул:

— В старину много гадали об этих колесах.

— Да? — вежливо сказал Капитан. — А что с ними такое?

— Ну, почему их так трудно поворачивать?