— Хлопни в ладоши, — сказал Алексей и я выполнил его просьбу, — Нормально, все видно и слышно. Они подзаряжаются от ультрафиолетовых лучей, так что если в течение ближайших семи-восьми лет не будут делать капитальный ремонт и не станут обдирать потолки, то о работоспособности можно не беспокоится.

— Отлично, — кивнул головой и включил на свой биомонитор трансляцию с площади. Людей набилось множество, и они шли и шли, на лицах было написано любопытство, удивление и ожидание. Вдруг, от входной двери в комнату повеяло ощущением угрозы. Единственное, что успел сделать, — одеть гермошлем. Еще герметизировал его, подтягивая левой рукой воротник костюма, а правой подхватил «шмайсер», как створки двери распахнулись, и в помещение стремительно вошел злобный коротышка, а следом, вбежали семеро довольно высоких, по меркам обычных аборигенов служек, ростом под метр восемьдесят. У всех, без исключения, глаза были навыкате, у троих изо рта текла слюна, видно, их чем-то опоили, и каждый в руках удерживал арбалет.

— Убейте его! Это исчадие бездны! — злобный дядька стукнул посохом о пол, а его бойцы стали поднимать оружие. Последние арбалетчики еще толпись у двери, как мне удалось, свалив соседний стул, резко оттолкнуться и отпрыгнуть влево.

Отработанных до автоматизма навыков работы со «шмайсером» не было, поэтому, с полсекунды потерял, откидывая ручку затвора с предохранительного гнезда. В результате, стрелки двумя болтами, все же, приложили. Один попал в шлем, а второй — в бедро. Проникающих ранений не случилось, материал костюма выдержал, замонолитив его конструкцию в момент поражения и рассеяв энергию ударов по всей поверхности. Но мощь тяжелого арбалетного болта была настолько высока, что попадание в бедро раскрутило меня в воздухе на сто восемьдесят градусов, а попадание в шлем, если бы не успел сблокировать его с воротником костюма, — сломало бы шею.

Прокатившись по полу, завалился под стол и из-под его ножек дал в сторону нападающих короткий веер. Особого вреда стрелкам это не принесло, но грохот выстрелов, редкие раны и вскрик двух бойцов, сбило прицел оставшихся троих, их болты ушли в стены. Теперь, настала моя очередь: откатился еще раз, подтянул правую ногу и быстро привстал на колено, левой рукой подхватил цевье, которое должно быть горячим, но температура через перчатку не ощущалась, набрал полную грудь, затаил дыхание и, на полном выдохе расстрелял всех длинной очередью. Автомат, без упора в откинутый приклад, трясся в руках, как в лихорадке, но ничего, на такой короткой дистанции работал сверхточно. Начал из двух шустриков, которые бросили разряженные арбалеты и намеревались запустить метательные ножи, но на долю секунды не успели, и закончил их злобным боссом. Этот умирал бесстрашно. Впрочем, и ранее, при просмотре видеороликов о жизни аборигенов, обратил внимание, что все они к смерти относятся более обыкновенно, совершенно не так, как цивилизованные люди на Земле. Где-то в душе шевельнулось желание оставить его в живых, пускай бы посмотрел на будущую новую жизнь, но осознание факта, что жрец собственные амбиции противопоставил готовому разумному решению и интересам большинства, возглавляемого Святейшим, пересилили. Таким людям не место в команде.

Перезарядил автомат, подал патрон в патронник, затем, затвор завел в предохранительное гнездо и переложил ствол на локтевой изгиб левой руки. Правой вытащил «вальтер», и все восемь патронов магазина использовал на контроль. В будущем, даже в самой отдаленной стае, бешенные собаки мне не нужны. Сменил магазин, спрятал пистолет в кобуру и уселся на скамейку у стены, удерживая под контролем входную дверь.

— Да, неслабо тебе пришлось, — Алексей, наконец, подал голос, — Пятьдесят две секунды.

— Что, пятьдесят две секунды?

— Боя! — ответил он, — С момента появления убийц и до момента, когда ты убрал в кобуру пистолет.

Восемь человек! Несмотря на то, что крови в жизни повидал немало, начало слегка потряхивать, видно, отходняк пошел. Неожиданно в левом плече почувствовал укол. Ага! Это диагност-аптечка сработала, и через тридцать секунд тонус организма вошел в норму.

— Леша, что там на улице? — спросил и переключился на ретрансляцию из его видеосистем.

— Да народ все прибывает.

— Вижу, — Алексей находился на крыше и съемка сверху показывала толпы людей, двигающиеся по прилегающим к площади улицам.

В это время почувствовал приближение группы людей, угрозу они не несли. Не знаю, как назвать эти чувства, возникшие после приобретения пси-способностей но, например, хищника и травоядного зверя тоже ощущаю совсем по-разному. А сейчас сквозь открытую дверь стал четко слышен звук множества шагов.

Первым вошел, постукивая посохом Святейший, окинул холодным взглядом комнату и, не выразив никаких эмоций, подошел к бывшему коллеге, прислонившемуся к стенке с дыркой во лбу и застывшей злой гримасой на лице. Следом вошли, переступая через трупы и раскиданное оружие трое высших жрецов, которые ранее присутствовали при разговоре. Взглянули на меня с опаской и, проговорив почти хором: «Величайший», опираясь на палки, глубоко поклонились. Я знал, что здесь так обзывают императора. Дальше в дверь протиснулись десяток прочих служителей культа. Эти, увидев меня, рухнули на пол.

— Глупый Гунн. Закономерный итог неверующего, который решил оспорить промысел Его, — Святейший указал младшим жрецам на трупы и на дверь, минуту помолчал, затем, развернулся лицом ко мне, обозначил учтивый поклон и продолжил, — Надобность в том, чтобы еще раз посоветоваться, отпала. Величайший изволит явить миру очередное чудо?

— В смысле, подняться в космос? — дождавшись утвердительного кивка, спросил, — А нужно ли это делать при всех? Мне что-то не хочется дурачить народ.

— Нужно, Первый жрец Гунн был братом императора, поэтому кое-кому выгодно укоротить мой век, и ты останешься без союзника. Впрочем, я не боюсь отправиться в чертоги Богов, но одно вознесение вместе с тобой остудит горячие головы и даст мне время, — он опустил глаза и надолго задумался, а я его не торопил. Наконец, он окинул тяжелым взглядом окровавленный пол, и тихо продолжил, — Теперь верю, что прежней жизни не бывать, и если не будет тебя, то придет кто-то другой, сильный и беспринципный, а пожелает ли сотрудничать с нами, не известно. Хочешь, не хочешь, но дело делать надо вместе, иначе те, другие сотрут с лица земли и нас, и наш Храм. Поэтому, в чертоги Богов мне сейчас никак нельзя. Ты, император, подготовься, как следует, бери власть и управляй людьми, а возможность кормить их пищей духовной предоставь нам, мы в этом деле понимаем неплохо.

Действительно, каждый должен заниматься своим делом.

— Еще раз удостоверился, Святейший, что ты исключительно умный человек. Благодарен Творцу, который связал наши судьбы. Хорошо, в космос летим открыто, сколько будет человек?

Святейший показал посохом на двоих:

— Со мной отправятся Первые жрецы Лурд и Ворт, а на Первого жреца Игира возлагаются, на время моего отсутствия, мои обязанности, — дедок, который этим утром первым меня встретил и проводил к главным жрецам, глубоко вздохнул, то ли от облегчения, то ли от огорчения.