— И это ты хочешь знать? Он преступник далекого прошлого! Ему придумана особая кара, такая что и вообразить невозможно! Это из разряда того что тебе ничтожная чувиха-проститутка знать не положено. Впрочем, если тебе мало пыток мы тебе добавим.

Девушка ударили, по голым ногам, а потом специальные узелки из проволоки прошлись между пальчиками босых ступней. Проволока раскалилась, выбив дополнительные страдания. Потом девушку подхватили четыре крюка, два ребра, другие два за ноги и растянули красотку пока не лопнули сухожилия. Затем в ход пошли, двенадцатиграные раскаленные до бела секиры, они полностью сокрушили все ее косточки, от головы до пяток.

Демон хвастливо произнес:

— У нас много различных видов пыток. Многие истязатели древности, а также иногалакты-покойники, щедро делятся, своими немыслимыми изобретениями! Хочешь в шкатулку?

— Нет!

— Все равно получишь!

Появился страшный человек, лицо в бородавках, рыжая борода клочками, гнилы зубы, вонючий рот.

— Вот это соратник Гитлера: Отто Скорели. Сейчас он тобой займется.

Появилась причудливая шкатулка, она напоминала музыкальную. Внешне довольно красивая с царскими гербами. Девушка попробовал сопротивляться, но силы оставили некогда могучее тело. Бесы подхватила Соколовскую и зашвырнули вовнутрь.

Заиграла музыка, шипы впились в бедра, лодыжки, шею. Молоточки забили по голове, а шестеренки стали ломать пальцы, на руках и ногах. Одновременно у девушки раскрыли род, и на язык полилась раскаленная жидкость. Соколовская завыла, ее живот поджаривал огонь, многоцветное пламя преисподней. Музыка играла то набирая темп, то наоборот замедляясь. Так продолжалось до тех пор, пока от тела не осталось одно кровавое месиво, смешанное с раскаленным металлом. Потом по нему били молотки, сделав подкову. Подковали исполинского скакуна, скачущего по алмазному, покрытию, по лаве, по поверхности. Принявшую образ подковы Соколовскую расплавили, затем заставили стыть остудив в жидком гелии. Жуть после огня в студеное пекло. Девушка пересыщенная негативными эмоциями с трудом пришла в себя.

— Ну как? Это изобретение великого Гимлера! А как на счет того что испытать стульчик самого папаши Мюллера, главы Гестапо!

— Каковы господа, таковы и слуги. — Философски заметила Соколовская.

— Вот вы тоже должны брать пример с людоеда Лекера, или Фреди Крюгера!. Он был очень угодлив и вежлив перед новыми хозяевами. Но тебе видимо не терпится узнать, что стало с остальными людьми, ну что мы тебе покажем. Но сначала чтобы усмирить твою гордыню мы окунем тебя в это кошмар.

Соколовскую связали, скользкими змеями и колючими гусеницами, поддели за крюк и окунули в помойную жижу. Практически сразу на гнойные раны девушки обрушились черви и прочая мерзость. Они столь активно грызли ее, что спустя несколько минут от Мирабелы остался только один скелет. Потом, отправившись, мясо наросло удивительно быстро, они снова продолжили его пожирание. Но самое паскудное не это, а когда они ползали в ранах, зуд стоял не терпимый. Так по адски чесалось, ползали миллиарды бактерий. Спустя некоторое время истязаемая Соколовская сама стал раздирать эти раны, рвать артерии и жилы. Как только она не сошла с ума, но рассудок вполне мог повредится.

— Ладно, заканчивай, а то видишь, блаженствует ублюдочная блядь. Давай шалава поработай!

Соколовскую подхватили, набросили на шею веревку и поволокли. Петля из колючей проволоки, безжалостно ее душила, не хватало воздуха истерзанным легким. А спину терзали невероятно жгучие в кривых звездочках, плети.

— Что собачка ошейник жмет. Не надо быть строптивой.

Соколовская оказался в пустыне, там она увидела ужасающе иссохших людей, многие из них особенно женщины не могли не вызвать страшную скорбь. Вот пятерка совсем юных ребят, практически детей волочет пятидесяти тонную глыбу. Такого не должно быть по всем физическим законам, сидящий на стремени черт бьет их нейтронным хлыстом. Видно нечеловеческое напряжение каждого мускула, жилы готовы лопнуть. С тощих тел капает пот, попав на песок, он дымиться.

— Это тебе не крест, где отдыхают. Потрудись и ты сам. — Бес присоединяет ее к глыбе.

— Тут у тебя будет отличный стимулятор.

Теперь гордой Соколовской предстояло работать. Ее безжалостно избивали, подгоняя, и она вынуждена была тащить неподъемную ношу. Здесь она познала другую меру страданий, и она переполнили девичье сердце. Самое главное это была полная бессмысленность проделанной работы, их заставляли возить глыбы по кругу, а затем подымать на вершину, а после спускаться. И так беспрерывно. К тому же черти активно подсыпали под ноги раскаленные угли, гвозди и битое стекло, за Соколовской тянулись сожженные окровавленные следы босых, девичьих ножек. Она казалось бессчетное количество, раз падала, но потом удар нейтронного хлыста заставлял девчонку подыматься. От прикосновений потока элементарных частиц, и различный смертоносных излучений кваркового уровня, била судорога, она была настолько мучительной, что заставляла двигаться через не могу.

— Ну, как рабочая фотоновка. — Спросил демон. — Это тоже еще только цветочки, впереди тебя ждут муки гораздо страшнее. В частности ты хочешь испытать раздвоение?

— Это как? — Спросила голосом страдальца Соколовская и тут же получила хлыстом сотрясающим все тело по спине.

Демон хихикнул:

— Мучиться сразу в нескольких ипостасях. Мы разделим тебя на несколько частей, и ты получишь куда более разнообразную гамму ощущений.

— Нет, не хочу такой радости!