Елена нежно погладила мальчика: у него очень загорелое, почти тощее, но очень жилистое, с твердыми пучками мускулов тело, было покрыто следами нечеловеческих истязаний. Правда, похоже, раны заживали хорошо, без нагноений, а старые шрамы почти незаметны. Твердые как камень ступни взрослого ребенка несколько раз прижигали, но не причинили заметного ущерба. Светлые волосы подстрижены неровно. Трудно поверить, что это барон. Соколовская заметила:

— Ну что? Если у вас средневековый мир, то ты бы уже был бы стариком — не дряхлым, но уже страдающим различными недугами, может даже горбатым. А так ты муками заплатил за бессмертие. В нашем мире, вернее империи, люди пользуются благами цивилизации, не требуя платы! Кстати в каменоломне работали, только бывшие пленные или?

Де Гизз объяснил:

— Нет! Там много и местных мальчиков! Рабы тоже размножаются, но особым способом! Говорят: что тут аналогичным способом используют виды особой магии…

Девушка-рабыня перебила:

— Я уже рожала после заклинания! Это ужасно и очень больно! Даже прикосновение огня к пяткам пустяк, по сравнению с этим. Живот раздувается, потом ты теряешь от невыносимых страданий сознание, а когда приходишь в себя перед тобой или мальчик, примерно его возраста — Она ткнула пальцев в де Гизза, то невольно отшатнулся. — Или девочка чуть постарше, но растут они очень быстро. Пеленочного возраста не существует. Рабы могут жить, не старея очень долго, но реально их слишком часто убивают, или мучают до смерти. Тем не менее, у нас есть девушка, которой уже за триста и она сменила одиннадцать хозяев. Кстати когда ее захватили в рабство, этого дьявольского оружия у бинаров еще не было!

Елена, усмехнувшись, ответила:

— Ничего дьявольского в этих ружьях нет. Простой, компактный двигатель внутреннего сгорания, приспособленный с значительной скоростью выбрасывать шарики со взрывчаткой. Работает на биотопливе, с относительно небольшим количеством оборотов, чтобы выбрасывать подальше гостинец. Сама взрывчатка разновидность растительной модификации нитроглицерина с особым, но элементарным детонатором, обеспечивающим направленный взрыв. Будь это простая пуля, он бы не пробила доспехи. Дальность невелика, всего метров двести, ну по дуге, чуть больше трехсот. Зато скорострельность примерно до пяти шариков в секунду. Точность тоже не высокая, но при конной атаке вполне сойдет. Вообще я бы вполне могла бы усовершенствовать это оружие! Например, увеличить дальность или поднять скорострельность. Да и хороший луч способен такую бандуру побить. О лучеметах и говорить нечего!

Мальчик-барон сообразил:

— Значит, наша победа реальна?

Елена кивнула:

— Конечно! Если мы не струсим и выиграем время!

Девчонка-рабыня испугано воскликнула:

— А хозяин то дышит!

Елена улыбнулась:

— Вот он пускай и прикажет гадюфирам, сложить оружие!

Де Гизз заметил:

— Гадюфиры рабы бинаров! Они, как правило, только подчиняются им, но вот хозяин может и за…

Елена, снисходительно скаля зубки, возразила:

— Ничего он не может! Он просто пойдет с нами и выполнит то, что прикажу я!

Барон-мальчик удивился:

— Вы уверены?

Елена кивнула, ее золотые волосы зашевелись словно змеи:

— Не забывай! Я богиня!

Девушка стала колдовать над телом рабовладельца. Впрочем, конечно без всякой магии, одна наука о строении тела. Например, передавив или простимулировав, те или иные нервные окончания, можно заставить живое существо двигаться, или даже говорить что тебе нужно. Просто кровь перестает снабжать отдельные районы головного мозга, погрузив личность в состояние спячки. Ну, а потом, ты шепчешь в ультразвуковом, не доступном для обычных людей диапазоне. И кукла готова…

Елена направила хозяина к выходу, они хищно скалилась, поигрывая подвижными мышцами пресса. Почему-то вспомнилось янки во дворце короля Артура. Странное совпадение и тут, похоже, тоже король под таким именем, пускай и поверженный. Интересно, к чему бы это? Случайность или что большее. Вот по пути попалось несколько девушек прислужниц. Из всей одежды на них лишь тоненькие нитки жемчуга и камешков, на груди и бедра. Причем погода далеко не жаркая, может даже уже наступила местная зима. Видны пупырышки у девушках, на медной коже и следы плетки. Только одна рабыня оказалась в обуви, украшенных сверкающими каменьями туфельках и легком платьице с ленточками. На руках и ногах браслеты. Ее ноженьки передвигались со стуком, по деревянному, а местами и керамическому полу.

Барон шепнул:

— Она старшая, но тоже невольница.

На голых ногах, руках и лице главной рабыни были видны синяки, следы ударом кнутом, похоже и ей доставалось.

Гадюфиры у входа отдали честь, а получив приказ, без вопросов, сложили оружие. Елена сразу поняла, что это существа с невысоким уровнем интеллекта, не способные критически оценить обстановку. А вот крысиные псы что-то почуяли, заскулили. Соколовская выхватила меч и с разворота срубила одним махом, двум обнаглевшим животным головы.

Воительница рявкнула:

— Либо подчинись, либо умри!

А потом в ультразвуком диапазоне:

— Шагай быстрее!

Разоружив гадюфиров, воительница построила рабынь, их оказалось чуть больше тысячи, все молодые, достаточно мускулистые, закаленные тяжелой работой девушки. Некоторым правда можно было дать лет тридцать. Одна белокурая, предельно изуродованная шрамами и ожогами, покрывшими с ног до головы, так что не было даже живого места. С зелеными как у кошки глазами, в которых читалась невероятная скорбь, выделялась, даже на фоне этих систематически истязаемых невольниц. Помощница Елены подсказала: