Старк сделал паузу и провел рукой по лицу. Когда он снова заговорил, было такое впечатление, что он не видит никого, кроме Адама, совсем забыв, что его снимают.

— Адам, я довольно рано узнал, еще когда учился по человеческим меркам в десятом классе, что у меня есть дар.

Старк выделил это слово так, словно дар вовсе не был таким уж замечательным. По тону Старка было ясно, что его дар — это ответственность, и не совсем приятная.

— Я не могу промахнуться. Я лучник, — объяснил он, когда Адам встретил его слова недоуменным взглядом. — Знаешь, лук, стрелы. Короче, во что бы я ни целился, я не промажу. К несчастью.

Представь, что между мной, целью, на которую я смотрю, и моими мыслями есть некое пространство. Простой пример: вообразим, что ты берешь лук и стрелу и целишься в знак «Стоп». Поднимаешь лук, натягиваешь тетиву и целишься в центр большого красного круга. А сам в это время думаешь: «Хочу попасть в эту штуковину, которая останавливает машины!» И тут же твоя стрела вонзается в радиатор проезжающего мимо автомобиля!

— Да уж, понимаю, неприятностей с этим даром не оберешься, — кивнул Адам.

— Да, причем эпических масштабов. На то, чтобы понять это и научиться контролировать, ушло какое-то время. И в этот временной промежуток я совершил ужасную ошибку.

Старк снова замолчал, и я стиснула его руку, напоминая, что я рядом.

— И из-за моей ошибки погиб мой наставник. Я больше никогда не позволю случиться подобному. Я поклялся.

— И именно поэтому Джеймс Старк теперь здесь, в Доме Ночи Талсы! — подхватила Танатос, и камеру перевели на нее. — Мы здесь верим во второй шанс. — Она посмотрела на Афродиту. Мне пришлось силой удерживать рот закрытым, когда Верховная жрица плавно продолжила: — Ты согласна, что наша школа — чудесное место для вторых шансов, Афродита Ла Фонт?

Мне не следовало беспокоиться. Под объективами камер Афродита чувствовала себя как рыба в воде. Она шагнула вперед, ближе (ну конечно!) к объективу, и села рядом с Танатос.

— Совершенно согласна, Верховная жрица! Я почти четыре года была недолеткой, но Никс, наша щедрая Богиня, забрала у меня Метку и вместо нее наградила пророческим даром. Родители согласились с моим решением остаться в Доме Ночи. Мы далее обсудили возможность моей интернатуры в Высшем вампирском Совете в Венеции, когда я закончу школу. Мама с папой во всем мне помогают. — Она улыбнулась в камеру. — Сами поймете, если увидите детализацию расходов по их кредитной карте за последние несколько месяцев! У меня просто классные родители!

Это была такая куча собачьих какашек, что у меня от возмущения аж дух перехватило. К счастью, Стиви Рей не лишилась дара речи.

— Кстати о чудесных родителях: моя мама, Джинни Джонсон, испечет самое вкусное шоколадное печенье в мире и привезет его на Вечер открытых дверей и Ярмарку выпечки, которые у нас здесь скоро пройдут, верно, Танатос?

Танатос даже бровью не повела.

— Ты совершенно права, Стиви Рей. В эти выходные, если позволит капризная оклахомская погода, мы собираемся провести Вечер открытых дверей. Мы надеемся, что фонд «Уличные коты» сможет принять в нем участие и принести кошек, нуждающихся в хозяевах. Хочу также объявить, что всю выручку от Ярмарки выпечки, — Танатос улыбнулась Стиви Рей, — мы пожертвуем в местную благотворительную организацию фонда «Уличные коты». Помимо выпечки бабушка нашей Верховной жрицы-недолетки Зои Редберд будет продавать на ярмарке свои изделия из лаванды.

— И не забудьте о Ярмарке вакансий!

Все, включая оператора, повернулись на голос нашей преподавательницы верховой езды. Ленобия стояла, держа на поводу свою похожую на мечту, потрясающе красивую черную кобылу Муджажи.

— Профессор Ленобия, как хорошо, что вы присоединились к нашей пресс-конференции! — поприветствовала ее Танатос.

— Ух ты! Какой прекрасный конь! — ахнул Адам, а оператор тут же взял Муджажи крупным планом.

Дэмьен коснулся руки Адама и усмехнулся:

— Это кобыла, а не конь!

— О, я ошибся, — легко признал Адам, улыбаясь и слегка краснея. — Я всегда плохо отличал мальчиков от девочек!

— Потому что все мы одинаковые, — на автомате произнесла я и про себя поблагодарила за эти слова Никс. — Парни, девушки, люди, вампиры, какая разница? Мы все живем в Талсе и любим ее. Так давайте просто жить в мире!

Танатос засмеялась, и ее смех прозвучал как музыка.

— О, Зои, лучше и не скажешь! И, Ленобия, ты верно мне напомнила. Адам, я также хочу объявить, что во время Вечера открытых дверей и сбора средств на благотворительность Дом Ночи Талсы первым из всех Домов Ночи в истории начнет принимать резюме от преподавателей людей. Собеседования будут проходить на должмости преподавателей актерского мастерства и литературы.

Танатос встала и раскинула руки в стороны, щедрая и мудрая.

— Дом Ночи приглашает к себе Талсу! А до субботы мы желаем вам всем счастливо встретиться, счастливо расстаться и счастливо встретиться вновь!

Неферет не увидела бы пресс-конференцию, если бы не вызвала в свой пентхаус человека из обслуживания номеров. Приятно услужливый блондин едва вошел в возраст, в котором мог ее заинтересовать. Последний коридорный, которому повезло соответстовать требованиям Неферет, на несколько дней возьмет больничный. Слабый и покрытый синяками, он не вспомнит ничего, кроме восхищения ее красотой и темных эротических снов. Нездоровых снов, как, без сомнения, скажет врач. Людишки такие хрупкие создания! Как жаль, что ей постоянно нужна новая игрушка!